Дорогой, милый дедушка

На этой странице сайта выложена бесплатная книга Дорогой, милый дедушка автора, которого зовут Катаев Валентин Петрович. На сайте alted.ru вы можете или скачать бесплатно книгу Дорогой, милый дедушка в форматах RTF, TXT, FB2 и EPUB, или же читать онлайн электронную книгу Катаев Валентин Петрович – Дорогой, милый дедушка, причем без регистрации и без СМС.

Размер архива с книгой Дорогой, милый дедушка равен 7.18 KB

Катаев Валентин Петрович – Дорогой, милый дедушка – скачать бесплатную электронную книгу

Катаев Валентин
Дорогой, милый дедушка
Валентин Катаев
Дорогой, милый дедушка
— А что сейчас будет?
— А ты прочти .
— Я не могу.
— Скандал!Такая большая девочка и до сих пор не научилась читать.Ты же знаешь буквы?
— Знаю.
— Ну,так что там написано на экране? Какая первая буква?
— Три.
— “Три” не буква, а цифра. А это буквы. Понятно тебе?
— Понятно.
— Теперь говори, какая это буква?
— Забыла.
— Вот тебе и раз! Это же буква не простая, а буква твоей мамы.
— Ж?
— Это когда твоя мама была такая же мфленькая, как ты. А теперь у неJ другая буква. Ну?
— Е? Евгения?
— Верно. А потом какая буква?
— В.
— Молодец. Дальше ?
— Г.
— Умница. Потом?
— Опять три. Нет, нет! Опять Е.
— Верно. Дальше.
— Дальше Н. Потом И, потом ещJ раз И, но только со скобочкой наверху. Да, деда ?
— Абсолютно верно. А всJ вместе? Только не сразу, а сначала подумай хорошенько. И не Jрзай, а сиди смирно. Ну, складывай буквы.
— Не могу!
— Пой.
— Петь?
— Ну да. Пой красиво и музыкально.
— Ев-ге-ний.
— Молодец! Дальше.
— Дальше буква О. Москва. Да, деда?
— Москва здесь ни при чJм.Ты не гадай и не хитри, а читай по буквам.
— О.Н.Е.Г.И.Н.
— А вместе?
— Евгений Онегин.
— Гениальный ребJнок!
— Деда, а что наверху написано маленькими буквами, я не могу разобрать?
— Написано “Чайковский”.
— Корней Иванович?
— Слава богу, нет.
— А какой?
— ПJтр Ильич.
— А он что?
— Он, вообрази себе, композитор.
— Это сейчас его показывают на экране?
— Его.
— Какой красивый, с бородой! А это кто сейчас появился? Его дочка?
— Не думаю.
— А кто?
— Истолковательница.
— А почему у неJ такие сердитые мездри?
— Не мездри, а ноздри. Сколько раз я тебе говорил. Пора знать. И сиди спокойно, не вертись. Не мешай слушать.
— Что слушать? Как она истолковывает? А когда начнJтся самый этот Евгений Онегин ?
— Уже начинается.
— А что это показывают?
— Оркестр.
— А почему так много пустых стульев? У музыкантов грипп? Как скучно! Может быть, перекинемся на вторую программу? Вдруг там “Спокойной ночи, малыши”? А то здесь всJ равно ничего не видно, а только немножко слышно.
— Молчи. Сейчас всJ увидим. Вот уже видно.
— Это на даче? А чего они делают?
— Варят варенье.
— Какое?
— ВишнJвое.
— С косточками?
— Без.
— А косточки?
— Вынули шпильками.
— И выбросили?
— Да.
— В оркестр?
— Молчи, не мешай.
— А ещJ что они делают?
— Поют.
— Про львов?
— При чJм тут львы! Поют совсем про другое.
— Нет, про львов. “Слыхали львы, слыхали львы”. Деда!
— Что?
— А львы слыхали?
— Не имею понятия.
— А если слыхали, что тогда? Они сюда не придут?
— Кто?
— Львы.
— Не придут. Здесь не цирк.
— А что?
— Опера.
— Львы в оперу не приходят?
— Редко. В самом крайнем случае.
— А что это за две другие женщины пришли?
— Две сестры.
— Как их зовут?
— Толстенькую Оля, а чJрнееькую Таня.
— А третья сестра где?
— Нету. Только две.
— А мама ходила на троих.
— То совсем другое.
— Цирк?
— Нет, драма.
— Кто эти, которые варенье варили?
— Мама и няня.
— Такие молоденькие?
— Каких бог послал. И молчи. Хоть на минутку закрой рот.
— А Ольга богатая?
— Почему ты так решила?
— Красиво одета. С оборочками. А Татьяна, наверное, бедная, да деда?
— Не скажи! Тоже довольно зажиточная.
— Как интересно. Одна беленькая, другая чJрненькая, одна резвушка, а другая грустненькая. Деда, я видела, как резвушка рпобовала пальцем варенье, а та, другая, Татьяна, всJ время понарошку книжку учила, наверно, арифметику. Смотри, деда, уже пришли народные песни и пляски, давай лучше перекинемся на вторую.
— Подожди, сейчас будет интересно.
— ПридJт какой-нибудь мужчина?
— Не исключено.
— ПришJл! ПришJл! Смотри, деда: идJт в пелерине. Деда, это кто? Хайкин?
— Здравствуйте! Откуда взяла?
— Объявляли, что будет Хайкин.
— Так дерижировать же, а не по гостям ходить.
— А этого, который пришJл, как звать?
— Ленский.
— А я думала Пушкин. Точно так же одет, как Пушкин.
— Нет, не Пушкин.
— А почему же у него тогда пелеринка?
— Потому что потому, оканчивается на у. И не мешай мне слушать.
— А он хороший?
— Отличный.
— А он кто?
— Поэт.
— Он муж этой резвушки Ольги?
— Пока ещJ жених.
— А это лучше ил хуже?
— Смотря кому.
— Деда, смотри! ЕщJ какой-то с Ленским пришJл. Хайкин?
— При чJм тут Хайкин ? Хайкин – дирижJр.
— А этот?
— Помещик.
— Я не понимаю, про чего ты говоришь?
— И не надо тебе понимать.
— А он кто – Пушкин?
— Почему Пушкин?
— В пелеринке. И голова кудрявенькая.
— Нет, не Пушкин.
— А как его зовут?
— Евгений Онегин.
— А вот и нет! Это Арбенин.
— Что за чушь!
— Арбенин, Арбенин! Я его знаю.Он вчера тут по телевизору уже сходил с ума, когда отравил мороженным свою Нинку.
— Да нет.То было совсем другое. То была драма.
— А это?
— Опера.
— Какая,
— ” Евгений Онегин”.
— А он хороший?
— Так себе.Т ипичный представитель разочарованного дворянства.
— А Татьяне он хороший?
— Отличный. Лучше не надо. Видишь, она даже с ним пошла гулять подальше от дома.
— А он кто? Поэт, как Ленский?
— Нет.
— Значит, про зайчиков?
— Не понимаю.
— Ну как же, деда! Ленский ведь поэт, значит, пишет стихи, а этот Евгений Онегин – про зайчиков.
— Ничего не понимаю. Про каких зайчиков?
— Ну, про заек.
— Ах, прозаик! Так бы сразу и сказала. Нет, он не прозаик.
— А про чего?
— Про ничего. Ты мне уже, моя милая, надоела хуже горькой редьки. Смотри лучше на экран.
— Татьяна уже в него влюбилась?
— Похоже на то.
— Деда, а потом она бросится в воду?
— Ерунду говоришь.
— Нет, не ерунду. Я сама видела. Только тогда она была дочка мельника.
— Ладно тебе болтать. Слава богу, уже антракт.
— А что будет потом?
— Сцена письма.
— Диктовка?
— ЕщJ хуже. Сочинение. Молчи. Начинается.
— Так быстро?
— А чего тянуть кота за хвост. Раз-раз – и готово!
— Что она делает? Легла спать?
— С нянькой разговаривает.
— По-русски?
— Конечно.
— Я чего-то ничего не разбираю. Про чего они разговаривают?
— Приемущественно про любовь. Нянька говорит, что любовь – это одни глупости и что пусть лучше ложится спать.
— А она что?
— Ты же видишь, выпровадила няньку и пишет письмо Евгению Онегину.
— А что поJт?
— Разное. ПоJт, например, “я вам пишу, чего же боле”.
— ПризнаJтся ему?
— ПризнаJтся. Ну, в чJм дело? Чего ты вдруг завертелась, как на сковородке?
— У меня живот заболел!
— Это, наверно, от переживаний.
— Знаешь что, деда?
— Что?
— Мне надо поскорее в туалет.
— Так чего же ты? Чеши!
— А ты мне ротом расскажешь, что было?
— Обязательно.
— Уже, деда.
— Ручки вымыла?
— Вымыла. Ну, что без меня было?
— Ничего, пишет.
— Уже адрес надписывает? А потом побежит бросать в ящик?
— Нет, нянькин внук понесJт.
— Прямо к этому Онегину?
— В собственные руки.
— А он прочитает?
— Тут же.
— И что? Не захочет с ней жениться?
— Это мы потом узнаем.
— Как интересно!
— Кончилось. Перерыв.
— Смотри, деда, опять показалась эта с цепочкой,истолковательница. Что она говорит?
— Говорит, что Чайковский терпеть не мог, когда маленькие дети всJ время Jрзают по креслам и портят импортную мебель.
— Это он про меня?
— А про кого же ещJ?
— А потом что будет?
— Объяснение Онегина с Татьяной.
— Он не захочет с ней жениться?
— Вот уже начинается, и мы сейчас всJ узнаем. Что же ты закрыла глаза?
— Я боюсь!
— Чего?
— Что он придJт и не захочет жениться.
— Уже пришJл.
— Что он ей поJт?
— ПоJт, чтоб не отпиралась.
— А она отпирается?
— Нет , не отпирается.
— Вот дура! Надо, чтоб отпиралась! А теперь что он ей говорит?
— Говорит, что , в общем, еJ не любит.
— А она?
— Сидит как убитая.
— Из ружья?
— Нет, морально.
— Бедненькая. Уже кончилось? Можно открыть глаза?
— Открывай. Занавес.
— А потом что будет?
— Потом, милая иоя, будет крепкий, здоровый сон иаленькой девочки в своей уютной кроватке.
— Милый, дорогой дедушка! Самый любимый! Не отправляй меня спать! ЕщJ совсем немножко. Я хочу только узнать, что будет потом.
— Будет бал у Лариных.
— У этих двух – у Тани и Оли? И он тоже приедет , этот противный Евгений?
— Обязательно.Тише. Начинается.
— Это бал?
— Самый растоящий. Видишь, танцуют.
— Хайкин дирижмрует?
— Да.
— Это что, Первое мая?
— Нет, именины Татьяны.
— А почему этот Евгений Онегин танцует не с ней, а с еJ сестрой, резвушкой?
— Чтобы отомстить Ленскому.
— А что Ленский?
— Известно что, нервничает.
— А Татьяна?
— Тоже нервничает.
— Я б лучше назло этому Онегину пригласила танцевать этого Ленского. Верно, дедушка?
— Верно. Вообще ты у нас молодец.Но, конечно…
— Знаю, знаю. Против овец. Да,деда?
— И перестань наконец Jрзать. А глваное, не ломай обстановку. Чего ты буйствуешь?
— Я боюсь.
— Чего же ты боишься?
— Сейчас они подерутся!
— Не подерутся.
— А что будет?
— Будет небольшой семейный скандальчик.
— Какой?
— Дуэль.
— Чего это – дуэль?
— Очень просто.Бах, и готово!
— Из пулемJта?
— Из миномJта.
— А это хуже или лучше?
— Закрой рот, бога ради!
— А про чего он теперь поJт?
— ПоJт про то, что набезобразничал в чужом доме, и просит прощения.
— А ему что говорят?
— Говорят, что , дескать, ничего, бывает.
— А Евгений Онегин что?
— Уехал домой.
— На электричке?
— На лошади.
— Как в цирке?
— Вот именно.
— А Ольга что?
— Ломает руки.
— Кому?
— Себе.
— А что их матерь?
— Упала в обморок.
— А обморок это что – такое кресло, да?
— Молчи. Не крутись. Смотри, ты от волнения вся извертелась. Успокойся. Вот, кстати, и кончилось.
— А что потом?
— Ты же знаешь, что бывает потом.
— Суп с котом?
— Вот именно. А теперь безо всяких разговоров марш спать.
— Так ведь ещJ же не кончилось.
— Для тебя кончилось. Иди спать. Сейчас же!
— Не хочу!
— Ого! Как ты смеешь так дерзко разговаривать со своим любимым дедушкой?
— Дорогой, милый дедушка, разреши мне ещJ немножечко. Я непременно хочу увидеть, как они стрельнут друг в дружку.
— Откуда ты знаешь, что будут стреляться?
— Ты же сам сказал, что будет эта… как еJ звать… Когда стреляют друг в дружку!
— Дуэль.
— Вот-вот.
— Категорически!
— Ну, дорогой! Ну, милый! Самый, самый любимый! Дедулечка!
— Ишь ты, какая хитрая. Знаешь подход к своему деду. Ну, ладно. ЕшJ десять минут. Самые последние. Только сиди абсолютно спокойно. Начинается.
— О, мельница! А где же мельние? Деда, он уже превратился в ворона?
— Мельник из другой оперы.
— Мы уже еJ смотрели?
— Тысячу раз.
— Это когда князь женился с другой, а дочка мельникабросилась в воду, превратилась в русалку и выродила себе иаленькую русалочку, верно, деда?
— Приблизительно. И закрой рот хоть на одну минутку, а то нет никаких сил!
— А про чего он поJт? Апр зией?
— Про каких там ещJ змей?
— Про удавов. То слыхали какие-то львы, а теперь какие-то удавы удалились. Деда, куда они удалились?
— Ты меня сведJшь с ума! Вовсе не удавы, а “куда, куда вы удалились, весны моей златые дни”. Значит, не удавы, а златые дни удалились. Ясно тебе?
— Ясно. А куда они всJ-таки удалились?
— Понятия не имею.Сиди и не Jрзай! Имей в виду, если будешь портить мебель,я ясейчас же перекинусь на вторую программу.
— Дедушка, не надо! Умоляю тебя. Там, наверно, сейчас показывают этот… дикий бред.
— Что ты городишь? Какой бред?
— Дикий. На диком бреде.
— Так не бреде, а бреге.
— А что это такое – бреге?
— На берегу, значит.
— По-французски?
— По-церковнославянски.
— ВсJ равно, лучше будем смотреть про расстрел.
— Про что?
— Про… ну, этот… расстрел.
— Не расстрел, а дуэль.
— Ну да, дуэль.
— Ладно.
— А где у них пулемJты?
— Не пулемJты, а пистолеты. Сейчас роинесут. Вотуже принесли.
— Один заряженный, а другой пустой, да, деда?
— Ничего подобного, всJ по-честному.
— У обоих заряжено.
— Минами?
— Пулями.
— И они стрельнут пулями друг в дружку? А усли один опоздает стрельнуть?
— Тогда ему труба.
— На трубе будут играть? Дорогой, милый дедушка, спрячь меня, я боюсь… Боюсь…
— Перестань визжать и не лезь под стол!
— Боюсь… Боюсь…Они сейчас громко стрельнут. Я лучше закрою глаза и заткну уши. Дедушка, уже стрельнули?
— Стрельнули. Вылезай!
— Кто кого убил?
— Онегин Ленского.
— Насовсем?
— Абсолютно. Чего же ты плачешь, дурочка?
— Мне жалко этого, Ольгиного. Лежит на полу. Дураки, дураки, дураки. Не хочу больше смотреть эту противную постановку.
— И правильно. Иди лучше спать. У тебя и так глаза слипаются.
— А что будет дальше? Татьяна утопится?
— Не утопится.
— А что же?
— Я тебе утром всJ расскажу. А теперь скажи ” спокойной ночи” и ступай баиньки.
— Спокойной ночи, дорогой, милый дедушка. Спокойной вам ночи, приятного сна, желаем вам видеть козла и осла…
— Козла и осла не надо. Не тяни кота за хвост. Закругляйся.
— Осла до полночи, козла до утра…
— Иди, иди…
— А завтра утром расскажешь, что потом было?
— Непременно.
— Дедушка, уже завтра. Можно к тебе?
— Во-первых, сначала надо вежливо постучать в дверь, а потом что?.. Знаешь, что надо потом?
— Знаю, знаю. Надо сказать: с добрым утром, дорогой, милый дедушка. А теперь скажи, что потом было? Она утопилась?
— Нет не утопилась.
— А что?
— Вышла замуж за генерала.
— А генерал старый?
— Так себе. Не первой свежести.
— Глупышка! Я бы ни за что не женилась со стариком.
— Почему?
— Потому что у старика уже есть жена. А я хочу жениться с молоденьким, кудрявеньким, хорошеньким.
— Зачем же тебе непременно понадобился кудрявенький и хорошенький?
— Чтобы не стыдно было с ним идти по улице.
1965

Катаев Валентин Петрович – Дорогой, милый дедушка => читать книгу далее

Надеемся, что книга Дорогой, милый дедушка автора Катаев Валентин Петрович вам понравится!
Если это произойдет, то можете порекомендовать книгу Дорогой, милый дедушка своим друзьям, проставив ссылку на страницу с произведением Катаев Валентин Петрович – Дорогой, милый дедушка.

Ключевые слова страницы: Дорогой, милый дедушка; Катаев Валентин Петрович, скачать, читать, книга и бесплатно