Левое меню

Правое меню

 https://PlitkaOboi.ru/plitka/kerama-marazzi/fregat-132313-collection/      https://legkopol.ru/catalog/linoleum/shirina-3m/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

– Макки, пожалуйста, иди к папе.
Малышка заупрямилась, а женщина смотрела на него как на злодея.
– Розовые, как жевательная резинка, – говорила Мелисса. – Розовые, как небо.
– Небо?
– Когда солнце садится, – объяснила она. – Как вас зовут?
– Эм… ма. Эмма Грей.
Мел хихикнула:
– Грей значит «серая». Серая, как… грязные цветные мелки.
– Серая, как… дождь.
Мэтт покачал головой. Господи, о чем они говорят?
– Нам нужно идти.
Женщина нагнулась и освободила колени от объятий Макки, а потом подхватила малышку на руки. Она повернула лицо к Мэтгу, ожидавшему совершенно иного: он думал, что она уйдет. И еще и думал, что сердце в его груди будет биться спокойнее.
– Если хотите, я помогу вам с покупками, – предложила развенчанная «принцесса». – Мне сейчас нечего делать. Разве что куплю себе что-нибудь приличное из обуви. – Она улыбнулась. – Практичное, теплое, непромокаемое.
Она явно посмеивалась над ним. Мэтт не стал отвечать улыбкой на улыбку и, если бы не Макки у нее на руках, предпочел бы уйти прочь. Воспитание трех девочек требует серьезности. – Вы возьмете мои вещи, мистер… э…
– Томсон. Мэтт Томсон. С фермы «Три грека».
– Рада познакомиться, – сказала Эмма. Маккензи положила голову ей на плечо и за крыла глаза.
– Я тоже рад знакомству с вами, леди.
Он не мог отвергнуть предложение о помощи, даже если исходило оно от женщины в бальном платье и с манерами насмешницы. С его стороны было глупо думать, будто он сможет подобрать одежду и обувь для трех дочек один, однако у него хватило ума признать свою ошибку. Он подхватил сумки, и тут как раз появилась Марта со стопкой одежды в руках.
– Я готова, – сказала она.
– А ну-ка, покажи, что ты выбрала, – попросил он, зная, что в этой стопке наверняка ему понравится не все. Старшая дочь театрально вздохнула:
– Привыкай к тому, что я взрослая.
– Неужели? Что ж, возможно, со следующего года, когда тебе исполнится восемь. Познакомься: это Эмма, она согласилась нам помочь.
Он переложил поклажу в одну руку, а другой прижал к себе Маккензи. Девочка не протестовала, потому что у нее слипались глаза. Эмма пристально посмотрела на Мэтта.
– Каковы правила, ограничения, рекомендации?
– Правила? – Он убрал прядь волос Макки со своих губ.
Эмма вздохнула:
– Я имею в виду, мистер Томсон, сколько денег вы можете потратить?
– Мои средства довольно ограниченны, приходится думать о цене.
Она кивнула в знак понимания.
– Разрешите мне уточнить размеры Макки, и больше мы ее не потревожим. – Она приблизилась – пожалуй, даже слишком, по мнению Мэтта Томсона, – и осмотрела этикетку на сарафане его дочери. Потом поздоровалась за руку с Мартой, назвала себя ее личным консультантом по покупкам и забрала стопку одежды. Потом повернулась к Мэт-ту:
– Вы можете пока отдохнуть, мистер Томсон. Мы дадим вам знать, когда все будет готово. Итак, леди, какие ваши любимые цвета? Марта, примерь все это, а я посмотрю, идет ли тебе.
Мэтт проложил себе сквозь толпу дорогу назад к стулу, который, по счастью, был еще свободен. Он устроил поудобнее уснувшую дочь у себя на руках, сдвинул к ногам вещи, и облегченно прислонил голову к зеркальной колонне. Он не понимал женщин и не надеялся их понять, но в эту минуту его, безусловно, радовала любовь представительниц прекрасного пола к покупкам.
– Ты можешь в них сесть?
Старшая девочка – хрупкая красавица с темными волосами, стянутыми в конский хвостик, – села на скамью в примерочной.
– Ага.
– Но жмет?
– Почти нет, – ответила девочка, поколебавшись. Эмили протянула ей джинсы другого покроя:
– Примерь эти. В джинсах должно быть удобно, иначе какой смысл их носить, не так ли?
Марта улыбнулась:
– Хорошо, что советчик вы, а не отец. Отцы иногда нуждаются в помощи, а собственный отец уж точно.
Нет, она не будет думать о своем отце. Без сомнения, он сейчас разыскивает ее по всему Чикаго, хотя она оставила сообщение на его автоответчике, перед тем как сесть в самолет: «Я хочу исчезнуть на несколько дней. Я люблю тебя. Мне очень жаль».
Но ей не за что жалеть себя. Вот Кен из тех, кто достоин жалости.
Нет, о Кене тоже не стоит думать. Она обернулась к девочке, рассматривавшей себя в зеркале. Если Мелисса будет столь же покладиста, как ее старшая сестра, они управятся за двадцать минут.
А что она будет делать потом, весь оставшийся день? Всю оставшуюся жизнь?
– Эти лучше, – заявила Марта, садясь на скамью.
– Замечательно. Пойдем взглянем, какие у них есть еще цвета, и выберем подходящие джинсовые жилеты.
Эмили собрала одежду, которую они решили купить, и вывела девочек из примерочной. Останься она в церкви и выйди замуж за Кена – сейчас пила бы шампанское. Смущенная невеста положила бы кусочек свадебного торта в рот своего жениха, а вокруг стрекотали бы видеокамеры и слепили глаза фотовспышки. Она не стояла бы сейчас посреди магазина, обсуждая с семилетней девочкой, какой свитер лучше – с сердечками или с цветочками.
Хорошо погрузиться в дела и не думать больше о расстроенной свадьбе и о мужчине, чуть было не ставшем ее мужем. Она держала в руках спортивный свитер, украшенный блестящей радугой.
– Мелисса, по-моему, тебе это в самый раз.
Лицо девочки вспыхнуло:
– Мне?
– Ну конечно. Здесь есть все цвета радуги. – Она прижала расправленный свитер к плечам Мелиссы. – Немножко великоват, но свитера и должны быть просторными.
– Спасибо вам.
– Благодари своего отца. Именно он за все это платит.
Эмили бросила беглый взгляд на красивое лицо фермера, который сидел на стуле и казался не менее утомленным, чем спящая на его коленях малышка. Он был высок, густой темной шевелюре требовалась стрижка. Он был из тех, кто постоянно работает на открытом воздухе, – таких мужчин она никогда не встречала прежде, но втайне ими восхищалась. О его работе говорили пыльные сапоги и изрядно поношенные джинсы, но больше всего – загорелая кожа, которая выглядела так, будто он все лето провел на солнце. Откуда ему знать, как выбрать школьную одежду для девочек? Видимо, он думал, будто купить наряды для трех дочерей так же просто, как приобрести трактор. А где же их мать? Может быть, заболела. Или они в разводе. Скорее всего, в разводе. Девочки до сих пор ни словом не обмолвились, одобрит ли мама их обновки, что довольно странно.
Эмили не собиралась ни о чем спрашивать. Каждый может сохранять свою частную жизнь в секрете.
– Мне очень хочется чего-нибудь из этого, – сказала Марта, замедляя шаг у вешалки с отвратительными юбками из винила. – Но папа против.
Эмили помотала головой. На этот счет она была одного мнения с папой.
– А не лучше ли юбки из хлопчатобумажной ткани? Ты можешь носить их по праздникам, и они легко стираются.
– Правда?
– Правда. – Она подвела Марту к вешалке с хлопчатобумажными юбками. – Думаю, ты выберешь сама. – И повернулась к Мелиссе: – А теперь твой черед.
И тридцати минут не прошло, как они вернулись к Мэтту Томсону и спящей Макки.
– Мистер Томсон!
Он открыл глаза и подмигнул ей:
– Похоже, я задремал.
– Мы все сделали. Вещи на прилавке у продавщицы. Вы можете за них заплатить. – Мелисса дернула ее за руку, и Эмма склонилась к девочке. – Да, у нас есть особый запрос – розовые бальные туфельки.
Маккензи распахнула глаза:
– Туфельки? И мне тоже?
– Ну что ж, я остался в меньшинстве, – объявил фермер.
Он поставил малышку на ноги, поднялся со стула и стал собирать вещи.
– Ждем вас в обувном отделе, – сказала Эмили, обхватив теплую ладошку Макки. Ей хотелось продлить приключение в магазине, чтобы не искать себе номер в гостинице. Не в одиночестве где-то в Небраске рассчитывала она провести свою первую ночь после свадьбы.
ГЛАВА ВТОРАЯ
– Три красавицы!
Девочки и в самом деле выглядели великолепно: темные, завитые спиралью локоны, лица, похожие на сердечки. Эмили любовалась, как три девочки кружились в балетных туфельках. Две младшие настояли на том, чтобы туфли были розового цвета, а Марта предпочла черные, поскольку они подойдут к ее новым черным леггинсам. Покуда девочки танцевали перед зеркалом, Эмили примеряла кроссовки.
Мелисса сделала пируэт совсем рядом с Эмили и неодобрительно глянула на ее ноги.
– Вы уверены, что вам это подходит?
– Совершенно уверена.
Эмили пошевелила пальцами ног. Лодочки из пластика, которые она купила в сувенирном магазинчике при аэропорте, были, конечно, удобнее тесных лакированных туфель, но теперь ей нужно было что-то более практичное. Она улыбнулась, вспомнив о рекомендациях фермера насчет тепла и непромокаемости.
– С вашим платьем они выглядят просто смешно.
– У меня в сумке есть джинсы. Скоро я переоденусь.
Она давно собиралась это сделать. Собственно говоря, она и шла в примерочную, когда увидела маленькую девочку в слезах, одиноко сидящую на стуле. Того, что она приобрела здесь, и того, что привезла с собой, хватит на целый месяц.
Эмили уложила кроссовки в коробку и передала в кассу. Она подсчитала, сколько у нее осталось денег. Со своими кредитными карточками и наличностью она может прожить довольно сносно какое-то время. Продавщица пробила чек и стала ждать, пока кассовый аппарат обработает кредитную карточку.
– Извините, – вдруг сказала она, бросив на Эмили подозрительный взгляд. – Я не могу ее принять.
– Что вы имеете в виду? – Эмили не понимала, что происходит, ведь еще час тому назад она купила по этой кредитной карточке джинсы, футболки, белье и носки. – Здесь, должно быть, какая-то ошибка.
Женщина еще раз пропустила карточку через кассовый аппарат и помотала головой:
– Счет заблокирован. Вы по-прежнему желаете приобрести эту обувь?
– Да.
Эмили заплатила за кроссовки наличными и постаралась не паниковать. Как посмел отец аннулировать ее счета? Конечно же, он хочет принудить ее вернуться домой. Он хочет, чтобы она вернулась в Чикаго и вышла замуж за Кена и чтобы тот благодаря этому сохранил свое место в избирательных списках. Он хочет доказать ей, что без него она ничто.
Эмили вобрала в легкие побольше воздуха. Отец может добиться своего. Почти шесть часов минуло, как она сбежала, и ей вряд ли хватит наличных денег, оставшихся после уплаты за гостиничный номер и обед. А она-то надеялась, что этот день больше ничего плохого не принесет… Она взяла сумку и повернулась к детям:
– Ваш отец сейчас подойдет, поэтому надевайте свою старую обувку, а туфельки разложите по коробкам, договорились?
Мелисса сделала очередной пируэт и наткнулась на обувные коробки, сложенные штабелями. Несколько минут Эмили собирала коробки и уговаривала девочек угомониться и надеть старые кроссовки. Они были так возбуждены, что ни секунды не могли посидеть спокойно.
– Девочки, ведите себя прилично, – раздался мужской голос. Рядом с Эмили появился фермер с покупками в руках. Девочки прекратили возню и состроили при виде его одинаковые гримаски.
– Они вели себя хорошо, – заявила Эмили. – Просто немного потанцевали в новых туфельках, чтобы разобраться, подходят они или нет.
– Полагаю, что подходят, – сказал Мэтт, оглядывая три коробки, которые протянула ему Марта. – И вот это я должен купить?
Эмили готовилась к долгому спору с ним, но внезапно почувствовала, что очень устала.
– Да, должны. Каждая девочка мечтает о балетных туфельках.
Он пожал плечами, сложил покупки в груду у ее ног и направился к кассе в сопровождении дочерей, которые пристально следили, действительно ли он купит туфельки. Эмили отыскала большую сумку со своими вещами и впихнула туда только что приобретенные кроссовки. Она закинула ремень сумки на плечо, подняла свою дамскую сумочку и стала ждать семейство фермера, чтобы со всеми попрощаться.
Пора было двигаться в путь. Она хотела избавиться от своего идиотского платья. Хотела найти взрослую примерочную и переодеться в одежду, которая не напоминала бы ей о свадьбе и о взгляде Кена, когда он держал в объятиях их общего друга.
Хотела бутылочку колы и тарелку картофеля фри, а еще найти гостиницу с обслуживанием в номере. Она могла себе это позволить, во всяком случае на одну ночь.
Она надеялась, что Мэтт Томсон управится быстро, потому что едва сдерживала слезы, а ей ни к чему лишние свидетели.
– Я по-настоящему вам благодарен, – сказал фермер, запихнув свой бумажник в карман джинсов и вручив последний пакет с покупками сияющей от радости Мелиссе.
– Не за что. – Она почувствовала, что слезы вот-вот брызнут из глаз, поэтому окинула девочек беглым взглядом и поспешила попрощаться: – Успеха вам в школе в этом году.
– Нет! – Маккензи обвила руками колени Эмили и уткнулась в них лицом. – Нет!
– Макки, – сказал отец, коснувшись ее плеча.
Он устало посмотрел на Эмили. У этого мужчины хватало своих собственных проблем, это было очевидно.
– Извините. Мы пережили недавно очень тяжелые времена.
Эмили глубоко вздохнула:
– Мне это знакомо.
Фермер постарался отлепить пальцы дочери от коленей Эмили.
– Извините, – повторил он. – Макки, нам нужно домой.
– Я хочу есть, – добавила Мелисса.
– И я, – поддержала ее старшая сестра. – Пойдем поедим чего-нибудь вкусного. – Она при близилась к Макки. – Ты же любишь гамбургеры? A взбитые сливки с шоколадом?
Макки фыркнула и повернула голову посмотреть, серьезно ли говорит ее сестра.
– Сливки?
– Сливки, – пообещал отец, осторожно отрывая ее от Эмили.
Малышка не собиралась так легко поддаваться на уговоры. Она вцепилась в платье Эмили и подняла на нее глаза:
– Ты тоже пойдешь?
Эмили погладила ее по мокрой щеке:
– Нет, милая, я не могу.
– Почему?
– Потому что… ну…
– Эмма наверняка очень занята, – сказал Мэтт и постарался улыбнуться ей как можно дружелюбнее. – И все-таки вы позволите хоть как-то отблагодарить вас за помощь? Мы собираемся здесь рядом пообедать на скорую руку, перед тем как ехать домой.
Ей следовало бы отказаться. Следовало бы отцепить детские пальцы от атласной ткани и уйти.
– Я бы… – начала она, но потом наткнулась на умоляющий взгляд Макки. У нее не было сил противиться слезам ребенка. – Хорошо, – услышала она собственный голос. – Если вы подождете несколько минут, пока я переоденусь.
– Конечно, – сказал мужчина, оглядев ее. – Наверное, это срочно. Вы собирались на званый вечер?
Одним ловким движением он отвел Макки подальше от Эмили и собрал вещи.
– Да, но планы переменились. – Эмили из последних сил удерживала слезы. – Где мы встретимся?
– Как насчет ресторана «Бабушкино угощение», здесь же, на Оу-стрит? Мы закажем столик.
– «Бабушкино угощение»? – повторила она с улыбкой. – Кто же устоит перед таким названием! О'кей. Я приду, как только переоденусь.
Макки нахмурилась:
– Больше не будет платья принцессы?
– Нет, – твердо сказала Эмили, пятясь назад. – Платье принцессы – это уже прошлое.
В дамской комнате она заперлась в первой же кабинке и разрыдалась. Прислонилась к стене и плакала до тех пор, покуда не почувствовала спазмы в желудке. Тогда взяла себя в руки, вытерла лицо влажным бумажным полотенцем, переоделась в новую одежду, подправила макияж и сложила свое подвенечное платье в сумку. Она не знала, зачем оно ей нужно, но было совестно выбрасывать такое чудесное платье в мусорное ведро. Платье принцессы, как нарекла его малышка Маккензи Томсон, не заслуживало столь печальной участи.
Эмили причесала волосы и посмотрелась в зеркало. Могло бы быть и хуже, напомнила она себе. Она могла быть с Кеном.
Мэтт посмотрел на часы. Она все еще не появлялась. Как только они поедят, надо усадить детей в грузовик, упаковать вещи и ехать домой. Поскорее бы оказаться на шоссе № 80! Он взял меню.
– Я закажу себе жареного цыпленка. У кого какие пожелания?
– Где Эмма? – прервала его Мелисса.
– Возможно, у нее изменились планы. Возможно, она все-таки отправилась на званый вечер. Возможно, с облегчением рассталась с его семейством, потратив без малого час на всю эту суету 6 магазине. Он внушал себе, что нисколько не разочарован. И это в самом деле было так, хотя совместный ужин был бы приятным развлечением для его девочек.
– Эмма наша новая няня?
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16
 https://PlitkaOboi.ru/plitka/uralkeramika/lila-175196-collection/ 
 Официальный сайт Plitka-Oboi.ru  

 https://www.vsanuzel.ru/katalog/shtorki-dlya-vann/steklyannye/