Левое меню

Правое меню

  низкие цены, товар бомба      https://legkopol.ru/catalog/kovrolin/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Все это ему начинало здорово не нравиться. Конечно, всякое бывает, все мы живые люди, при нашей напряженной жизни обстоятельства меняются часто. Бывали и у Лени случаи, когда клиент переносил встречу. Переносил, но не отказывался от нее. Такого не было никогда. Потому что люди к нему обращались серьезные, и если уж решились заплатить большие деньги за работу, то больше уже не колебались в выборе.
И еще одно царапало душу – ведь этот случай произошел сразу же за еще одним таким же. Тогда Леня не придал большого значения отказу, подумал, что ему попалась заполошная бестолковая тетка – и такие встречаются среди обеспеченных людей. Но два случая подряд… это заставило бы насторожиться и не такого опытного человека, как Леня Маркиз.
Однако делать было нечего, и Леня скрепя сердце постарался выбросить из головы неприятный инцидент. И окунулся в меланхолию.
Утренний кофе без Лолы пить было совсем неинтересно. Никто не таскал круассаны с тарелки, никто не ворчал и не ругался, что загваздали ванну и истоптали ковер в гостиной. Лолины цветы имели вид бледный, несмотря на то что Леня их аккуратно поливал. Над фикусом кружились какие-то мошки, китайская роза желтела, как старая дева, а фиалки в который раз объел кот Аскольд, несмотря на то что ему строжайше запрещалось это делать. В довершение всего попугай, неудачно приземлившись, своротил с обеденного стола любимую Лолину вазу для цветов. Ваза разбилась, Леня долго заметал осколки и в конце концов поранил руку.
Можно было, конечно, позвонить Лоле и сказать, чтобы приезжала скорее – они все скучают, даже независимый кот Аскольд. Но Маркиза обуяла типичная мужская гордость. Он решил, что не попросит Лолу вернуться ни за что и никогда. Пускай валяется там, на черноморском пляже, как рыба камбала, он и словом не даст ей понять, что им тут плохо. Впрочем, Лола не звонила, так что зря Маркиз питал беспочвенные надежды.
Минуло ровно две недели с Лолиного отъезда, и снова раздался звонок мобильного телефона. На этот раз Леня разговаривал с заказчиком очень осторожно и внимательно прислушивался. Голос будущего клиента внушал доверие – усталый, немного взволнованный голос немолодого человека, Леня составил о нем такое впечатление. Конечно, будь рядом Лола, она бы сориентировалась гораздо лучше. Она вообще отлично разбиралась в голосах, особенно женских, могла после обычного телефонного разговора точно определить, сколько женщине лет, замужем ли она, а если нет – есть ли кто на примете, собирается ли в ближайшем будущем сесть на диету и даже какого цвета предпочитает нижнее белье.
«Но что толку вспоминать о Лоле, когда ее рядом нет? – тут же рассердился Маркиз. – Так что на этот раз придется обходиться собственными силами».
Звонивший представился Андреем Ивановичем, сказал, что вот уже почти месяц его беспокоят некоторые странности, что он должен разобраться во всем, причем немедленно, поскольку у него мало времени. Условились встретиться на следующее утро в половине двенадцатого на террасе вот этого кафе возле бывшего Никольского рынка. И вот он, Леня Маркиз, пришел заранее, а заказчик опаздывает уже на десять минут. Само по себе это еще ничего не значит, однако учитывая предыдущие случаи… У Лени было неспокойно на сердце.
Официантка Люся принесла еще кофе, посетитель поблагодарил ее без улыбки. Люся видела, что он нервничает. Вот снова взглянул на часы, потом завертел головой, отхлебнул слишком большой глоток кофе, закашлялся…
«Продинамили, – подумала Люся, – а жаль. Такой симпатичный мужчина…»
Прошло уже двадцать минут, а Леня никогда не ждал больше пятнадцати. Откровенно говоря, в продолжение всей его деятельности никто не опаздывал к нему на встречу больше чем на десять минут. И то по независящим причинам – пробки, снегопад, гололед…
Пора уходить, понял Леня, но это уже серьезно. Заказчики три раза звонили, но ни один не пришел на встречу, – это не просто серьезно, это уже пахнет крупными неприятностями. Неужели его профессиональной репутации нанесен урон? Неужели кто-то из прежних заказчиков распространяет о нем порочащие слухи? Этого не может быть, он, Леня Маркиз, всегда выполнял взятые обязательства, заказчики были довольны.
«Необходимо срочно выяснить, в чем тут дело, – думал Леня, подзывая официантку. – Ни о каком совпадении не может быть и речи. Один случай, ну два, но уж три… Такого не бывает».
Он решил сосредоточиться пока на дороге, а дома обдумать все хорошенько.
Открыв дверь своим ключом, потому что кот Аскольд, возможно, и умел отпирать замок, но Леня никогда не просил его это делать, чтобы кот не приучился и не впустил ненароком в дом посторонних, Маркиз увидел на полу в прихожей два чемодана. Сердце у него забилось от радости: Лолка приехала.
Из глубины квартиры раздавались визг Пу И и хриплый хохот попугая, а также Лолин голос, говорящий по телефону. Леня посмотрел на себя в зеркало и стер с лица неуместно счастливое выражение. Нечего баловать Лолу, пускай знает, что они тут прекрасно обходились без нее.
– Привет! – сказал он, входя в гостиную.
Лола сидела на диване с котом на коленях, попугай примостился рядом на спинке, заглядывал ей в лицо и ворковал, как влюбленный голубь. Одной рукой Лола гладила кота, причем он блаженно жмурился, в другой держала трубку телефона.
– Ну пока, пока! – щебетала она. – У меня дел полно, только приехала, я тебе после позвоню! Привет! – сказала она, взглянув на Леню, и тут же снова переключилась на зверей: – Мои дорогие! Похудели-то как, побледнели! Перринька половину перьев потерял, ну ничего, мама всех отмоет, накормит, будете у меня как огурчики!
Кот сполз на диван и разлегся, подставляя Лоле пушистое пузо, что делал крайне редко, даже Маркиз не часто удостаивался такой милости. И хоть голова его в данный момент была занята свалившимися на нее, эту голову, неприятностями, все же сердце неприятно кольнуло такое поведение собственного кота. Да и попугай тоже вел себе предательски. Сколько Леня с ними возился, читал интересные книги вслух, разрешал смотреть телевизор, кормил разными вкусностями – и вот никакой благодарности!
Лола встала с дивана и прошлась по комнате. Она загорела, чуть поправилась, глаза сияли, волосы вились колечками сами по себе, без всякой укладки. Словом, Лола выглядела отдохнувшей, посвежевшей и очень хорошенькой.
Однако чело ее тут же омрачилось, когда она подошла к комнатным цветам.
– Что это? – возопила она. – Что с фикусом? Мошки? И роза вся пожелтела, листья роняет… Что ты с ними сделал?
– Слушай, ты велела поливать – я поливал! – Леня тоже повысил голос. – Каждый день, между прочим!
– Каждый день? – простонала Лола. – В это время года? Да ты же их залил!
– Может, и фиалки тоже я объел? – буркнул Леня, не в силах смотреть на нежности, расточаемые Лоле своим котом.
– Ты не покупал Аскольдику витаминов, не проращивал ему свежую травку, а кот не может без зелени! – парировала Лола. – Боже, за что мне все это?!
Она прижала руку к сердцу, закатила глаза к потолку и шевелила губами, как кающаяся Мария Магдалина в Эрмитаже.
Маркиз обиделся и сел в кресло. И тут же руку ему лизнули крошечным теплым язычком, и кто-то прижался к ней пушистым бочком.
– Пу И, дружище! – Леня подхватил песика на руки. – Как же я рад тебя видеть!
Песик радостно повизгивал, и это несколько примирило Маркиза с жизнью.
– Что это ты не позвонила? – спросил Леня, убедившись, что его компаньонка не собирается бросаться ему на шею. – Я бы встретил тебя в аэропорту.
– Ты не представляешь! – Лола даже забыла о цветах. – Когда мы летели в Черноморск, Пу И было так плохо в самолете. Вообще самолет ужасный, тесный и неудобный, к тому же все время так трясло, я думала, что мы развалимся в воздухе! Потом что-то у них сломалось, даже хотели делать аварийную посадку, но как-то дотянули. В общем, Пу И отказался обратно лететь, и пришлось ехать поездом чуть ли не двое суток! Я ужасно устала, и Пу И тоже!
Песик тут же закатил глаза и упал Лене на руки без сил.
– А на вокзале мы взяли такси, чтобы тебя не беспокоить! – страдальческим голосом продолжала Лола. – Мало ли какие у тебя могут быть дела…
– Угу, – согласился Леня. – Это ты верно заметила.
– Да уж я вижу! – тут же завелась Лола. – Квартира в ужасном состоянии, холодильник пустой, звери заброшены, о цветах я вообще не говорю! Чем ты занимался две недели? Небось развлекался с какой-нибудь блондинкой?
– И с блондинкой, и с брюнеткой, – невозмутимо подтвердил Леня. – И еще у меня была такая рыжая… с зелеными глазами… Ух, я тебе доложу, женщина! Тайфун! Цунами!
Как известно, беспокоиться в таких случаях нужно, когда мужчина все отрицает. Если же он не волнуется, не мечется по квартире, прижимая руки к сердцу, не клянется самым дорогим, что у него есть, не призывает в свидетели Бога и всех святых, стало быть, насчет женщин можно не волноваться. Это вовсе не значит, что совесть у него чиста и что за время отсутствия своей дражайшей половины он не совершил ничего предосудительного. Он мог, например, проиграть всю зарплату в казино или в преферанс. Он мог сломать стиральную машину или потерять новый кожаный портфель, который жена подарила ему на прошлый день рождения.
Лола приходилась Маркизу не женой, а боевой подругой, соратницей и компаньонкой. И еще сожительницей в прямом смысле этого слова. Они жили в одной квартире, и, конечно, поломка бытовой техники вывела бы ее из себя, но ненадолго. Все можно починить или купить новое.
Несмотря на то что в свое время компаньоны договорились не покушаться на личную свободу друг друга, Лола воспринимала похождения своего ветреного приятеля неадекватно.
Сейчас она испытующе посмотрела на него и поняла, что девицами тут и не пахнет. Однако вид у Леньки был озабоченный. Чем же он занимался эти две недели?
– Случилось что-нибудь? – спросила она мимоходом.
– Да нет, ничего, – так же легко ответил Леня.
И Лола тотчас уверилась, что да, случилось. Можно было, конечно, прижать Маркиза к стенке, спровоцировать его на скандал, а там уж, в пылу ссоры, Ленька все выложит как миленький. Однако она действительно устала в дороге в душном поезде на жесткой полке. Совершенно нет сил скандалить…
«Это подождет, – решила Лола, – сначала нужно себя в порядок привести».
Леня о чем-то напряженно думал, машинально почесывая песика за ушами. Пу И сидел тихо.
– Я пойду, пожалуй, с Пу И погуляю, – сказал Маркиз, приняв решение навестить человека, по рекомендации которого приходили к нему двое первых клиентов.
Человек этот был немолод, Леня прекрасно знал все его привычки.
– Делай что хочешь! – равнодушно сказала Лола, решив попробовать в Ленино отсутствие добиться сведений от попугая.
Она скрылась в ванной и не заметила, в каком виде ее компаньон вышел из дома.
Двадцать – тридцать лет назад, стоило на афишной тумбе в любом городе Советского Союза появиться имени Артура Руо, как перед театральными кассами выстраивались километровые очереди.
На его афишах не нужно было писать ничего, кроме имени. Это имя знал каждый, от одесского мальчишки до дагестанского пастуха и от сельской учительницы до криворожского металлурга.
Как сейчас говорят, Артур Руо – это был брэнд.
Это был самый знаменитый иллюзионист страны.
Сейчас газеты пестрят объявлениями потомственных колдунов, знахарей и ведьм. Но практически ни для кого не секрет, что все они обычные мошенники и мама «потомственной колдуньи» работала паспортисткой в жилконторе, а дедушка знахаря прибивал набойки в будке холодного сапожника или, хуже того, читал курс исторического материализма в сельскохозяйственном институте.
Артур Руо действительно был потомственным волшебником. Потому что волшебство – это не что иное, как иллюзия. И потому что его отец занимался тем же искусством благородного обмана, заставляя тысячи послевоенных мальчишек забывать о голоде и нищете, наблюдая за чудесами, которые творил на арене цирка черноглазый фокусник.
Правда, сам Альберт Руо, основатель цирковой династии, так же как его сын и наследник Артур, не любил, когда его называли фокусником.
– Фокусник – это директор магазина, делающий состояние на усушке и утруске товара! – говорил старый Альберт. – Или директор завода, делающий галоши из воздуха и выполняющий план на сто семь процентов. А в цирке есть две уважаемые профессии – иллюзионисты и престидижитаторы.
Леня Маркиз по цирковой специальности был престидижитатором, то есть зарабатывал деньги ловкостью рук. Карточные фокусы, исчезающие шарики и, наоборот, появляющиеся из шляпы кролики. Кроме того, при необходимости он мог быть жонглером, а иногда даже ходил по канату. Старшего Руо, основателя династии, он уже не застал, но с Артуром, Великим Магом и Чародеем, членом Мальтийской академии колдовства, Великим Магистром всемирного ордена чародеев, он неоднократно сталкивался в гастрольных поездках. Несмотря на большую разницу в возрасте, они прониклись друг к другу взаимной симпатией. Знаменитый мастер делился с молодым дарованием некоторыми секретами мастерства и рассказывал занятные истории из своей обширной практики. Рассказал он, между прочим, и о происхождении фамилии Руо. Когда основатель династии подыскивал себе артистический псевдоним (потому что с его собственной фамилией, Кабанов, нечего было и пытаться выходить на арену), он случайно проходил мимо пивной на знаменитом Лиговском проспекте. Пивная называлась «Руно», но буква «Н» на вывеске отвалилась, и в результате получилось красивое и загадочное слово «Руо», которое и стало фамилией знаменитого циркового артиста.
Когда Леня сменил профессию, Артур Альбертович нисколько его не осудил и время от времени охотно рекомендовал своим многочисленным знакомым.
Сам он уже не выступал, уйдя на заслуженный отдых, и только иногда давал небольшое выступление для узкого круга любителей. Или просто немножко колдовал для себя, как старушка из сказки «Снежная королева».
Солнечным осенним утром Артур Альбертович Руо шел по улице со своим королевским пуделем Ованесом. Черный пудель горделиво вышагивал впереди хозяина, время от времени отклоняясь от маршрута, чтобы обследовать какой-нибудь интересный столб или просто угол дома. В таких случаях Артур Альбертович слегка дергал за поводок и укоризненно произносил:
– Ованес, не унижайся!
Впереди показался пожилой мужчина в форме контр-адмирала. Бравый моряк вел на поводке крошечное создание, которое только человек с сильно развитым воображением мог бы назвать собакой.
Создание было крошечным песиком породы чихуахуа, и оно бойко семенило по тротуару, с интересом оглядываясь по сторонам.
Увидев впереди Ованеса, чихуахуа прибавил шагу, гордо вскинул голову и тявкнул, как настоящая собака. Ованес на мгновение замедлил шаг и огляделся, пытаясь понять, откуда донесся этот лай. Разглядев на тротуаре перед собой что-то мелкое, но, несомненно, живое, он снова двинулся вперед, чтобы изучить это явление природы более внимательно. Приблизившись к маленькому четвероногому существу, пудель слегка наклонился и вопросительно зарычал. По-видимому, он спрашивал у незнакомца: «Ты кто – хорек или ангорская крыса?»
Чихуахуа, оскорбленный до глубины души, ответил грозным рычанием, несомненно, означавшим: «А вот подойди поближе, и сразу поймешь, кто я такой!»
Ованес растерянно оглянулся на хозяина и немного попятился. Не от испуга, конечно, а от вполне понятного удивления. Чихуахуа, наоборот, бросился вперед. Однако оказавшись в непосредственной близости от пуделя, он подскочил на всех четырех лапах, громко тявкнул и сделал обманный маневр, то есть попытался обойти противника сбоку. Ованес, в свою очередь, согнул передние лапы, припал к земле и начал красться навстречу этому странному противнику. При этом поводки пуделя и чихуахуа переплелись, лишив собак свободы маневра.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27
 https://PlitkaOboi.ru/plitka/venis/tavola-118904-collection/ 
 https://plitkaoboi.ru/oboi/flizelinovie_oboi/ 

 https://www.vsanuzel.ru/katalog/unitazy/pod-klyuch/