Левое меню

Правое меню

 не заставили долго ждать      https://legkopol.ru/catalog/laminat/Quick-Step/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Может быть, его потянули в эти места военные воспоминания? Он хорошо помнит то время, когда участвовал в блицкриге тридцать девятого года и часть этой кампании провел около Лиско-Здруя. Это было незабываемое время настоящих мужских переживаний. Да, действительно незабываемое… Обрушив на них лавину слов, Гебхардт достал из чемодана бутылку французского коньяка и металлические стопочки. Вскоре они медленно тянули ароматный напиток, а Гебхардт все рассказывал и рассказывал о себе, даже о том, что на вокзале в Лиско-Здруе его будет ожидать машина одного высокопоставленного господина.
– Это мой близкий приятель, – продолжал Гебхардт, – и порядочный немец, который имеет теперь друзей в каждой оккупированной стране. – Он громко рассмеялся: – Поедете вместе со мной и увидите, какой я гонщик. Это мое увлечение.
Автомашина действительно ждала Гебхардта. Толстяк сел за руль. Ехали с вокзала по широкому шоссе, обсаженному деревьями, потом внезапно открылся небольшой городок в долине среди отлогих гор, покрытых густым лесом. На полях виднелись стога, а жнивье, тянувшееся до самых склонов гор, напоминало о наступающей осени. Проехали извилистые улочки, застроенные одноэтажными деревянными домиками, уже глубоко осевшими в землю и открыто показывающими свою ветхость.
Гебхардт прибавил газу, машина выскочила из лабиринта улиц, и через несколько минут они оказались перед двухэтажным домом, стоявшим у подножия горы в густом парке.
– Именно здесь, – сказал с радостью Гебхардт, – здесь мы будем отдыхать. – И нажал на сигнал.
3
Их пребывание в Лиско-Здруе мало походило на отдых. Клос предполагал, что Ганна Бесель проинформирует его о деталях предстоящей операции и что он будет равноправным партнером в ней. Однако сразу же стало ясно, что ему предназначена роль значительно скромнее: выполнение отдельных поручений. Он должен был установить контакт с агентом абвера Плюшем, но не знал, каким способом Ганна Бесель намеревается выйти на Конрада и его агентурную сеть.
Клос ожидал Матея, без которого не мог что-либо предпринять. А времени было так мало: день, может быть, два!.. Но Клос не терял надежду на лучшее. Он решил: если Ганна не раскроет своих карт, ему придется следить за каждым ее шагом. Клос думал об этом, прохаживаясь по широкому коридору дома отдыха, стены которого были увешаны картинами, прославляющими немецкие победы на всех фронтах. Но вот он остановился перед дверью комнаты Ганны Бесель, открыл ее.
Майор Бесель сидела перед зеркалом и расчесывала волосы.
– Мне очень приятно, Ганс, что ты пришел, – сказала она не поворачиваясь. В ее голосе чувствовалась язвительная насмешка. Знакомые немцы редко разговаривали с Клосом подобным тоном, и это еще больше его обеспокоило и насторожило. – Ты решил уделить мне внимание и посмотреть, как я устроилась? Но я же предупреждала тебя, чтобы ты не афишировал наше знакомство.
– Меня очень огорчает такое безразличие, – вздохнул Клос.
– Я должна тебя видеть столько, сколько требует дело, – ответила Ганна.
– Но мне этого недостаточно.
– Что это? – Майор Бесель посмотрела на него с усмешкой. – Признание?
Клос молчал.
– Ну хорошо, допустим… Но ты, Ганс, ведешь себя как мальчишка, которому не дали денег на кино. Я тебе уже говорила, что ты интересный парень, но служба требует… Ты не женат? – вдруг спросила Ганна.
– Нет.
– Может быть, у тебя есть невеста?
– Тоже нет.
– Удивительно. Немногие офицеры в твои годы не имеют любимых девушек на родине.
Клос вынужден был сменить тему разговора.
– Когда ты пойдешь туда? – спросил он Ганну. Он действительно не знал, пойдет ли она куда-либо, но справедливо предполагал, что ей необходимо установить с кем-то контакт или иметь адрес, который помог бы выйти на встречу с Конрадом.
– Когда я туда пойду? – спросила Ганна и рассмеялась. – Очевидно, скоро, мой дорогой Ганс. У нас очень мало времени, потому что тот, третий, на кого работала Ева Фромм, может появиться здесь каждую минуту.
– Он мог даже приехать вместе с нами, – вставил Клос.
– Принимаю и это во внимание, – ответила она холодно. – Если он приехал, то ему известен тот же пароль, который знаю я, и, видимо, он осведомлен об аресте настоящей Евы Фромм…
«Ведь знает какой-то пароль, – подумал Клос, – и, наверное, уже установила контакт. По всей вероятности, эту информацию она получила от Плюша».
– Тебе, Ганс, необходимо побыстрее встретиться с Плюшем, – посоветовала Ганна, как будто угадав его мысли.
– Да, но я хочу быть уверенным, что ты в безопасности, – ответил Клос. – Ты же можешь оказаться в ловушке, а я обязан охранять тебя.
Она громко рассмеялась:
– Этого от тебя не требуется, мой дорогой. Я сама позабочусь о себе. А теперь прошу тебя, Ганс, дай мне возможность одеться.
«Ничего не добился», – подумал Клос. Оставалось только одно – следить за Ганной и терпеливо ждать Матея, зная, что майор Бесель постарается в самое ближайшее время установить связь с людьми Конрада.
К счастью, из окна комнаты Клосу хорошо виден вход в дом отдыха. Это был отличный наблюдательный пункт, который он не имел права покидать ни на минуту. Здесь входили и выходили офицеры в мундирах и в штатском, ковыляли раненые (как здесь говорили: «Герои победы Германии»).
Среди отдыхающих Клос увидел Гебхардта, который оживленно с кем-то беседовал, оглушая окружающих громким смехом. Впервые Клос подумал о Гебхардте с профессиональным интересом, хотя ему казалось малоправдоподобным, чтобы польская или английская разведка могла завербовать такого типа. «Маска?» – подумал Клос. Но он уже видел столько людей!.. И снова его мысли вернулись к Ганне: она все еще не доверяла ему, в этом у него не было сомнения. Откуда это недоверие?
Темнело. Клос отошел от окна в глубь комнаты, закурив сигарету, но продолжал следить за происходящим на улице. Может быть, майор Бесель не так уж опешит начать выполнение задания, как это ему показалось? И в этот момент Клос увидел Ганну. Она спустилась с лестницы и быстрым шагом направилась к воротам парка. Что-то поразило Клоса в ее внешнем виде. Когда он спустился вниз и пошел следом за ней темной аллеей, ведущей в городок, понял, в чем дело: она была одета как простые польские девушки. Не было сомнения в том, что Бесель вышла «на работу».
Клос следовал за ней, но так, чтобы она его не заметила, хотя это было и нелегко, ибо он понимал, что имеет дело с опытным разведчиком… Узкие улочки городка петляли, неожиданно заканчиваясь захламленными дворами.
Клос понял, что Ганна пытается запутать следы, соблюдая профессиональную осторожность. Он еще раз убедился, что имеет дело с опытным и хитрым противником. Вдруг она остановилась, внимательно осмотрелась. Клос едва успел отступить в тень одноэтажного домика. В это время Ганна скрылась в темноте какого-то дворика. Немного подождав, он подошел ближе. Увидел, как она постучала в дверь полуразвалившегося домика и скрылась в темноте.
– Добрый вечер, – услышал Клос из полуоткрытой двери. Ганна говорила по-польски без акцента. – Я пришла от Юзефа…
По всей вероятности, это была часть пароля. Дверь закрылась, послышалось лязганье засова. В закрытом занавеской окне он увидел только две тени – Бесель и сгорбленной старухи. Клоса охватила непреодолимая ярость. Что из того, что он узнал адрес явки?! Ганна Бесель уже начала операцию, проникла в польскую подпольную организацию; она, возможно, сейчас установит связь с агентом из Лондона, а он, Клос, не может помешать ей в этом! Не пойдет же он к незнакомым людям и не скажет: «Будьте осторожны, это немецкий агент!» Ему нельзя рисковать, ибо перед ним стоят важные задачи и война еще не окончена.
Ожидать майора Бесель уже не было смысла. Клос установил все, что мог. Он закурил сигарету и посмотрел на часы: было необходимо успеть встретиться с Плюшем – «нашим агентом, который служит Германии уже пятнадцать лет», как сказал Лангнер.
Плюш работал в небольшом ресторанчике в Лиско-Здруе под названием «Курортный». Клос добрался туда без особого труда. Зал ресторана был обширный, но полупустой, официанты медленно сновали между столиками. Клос сел за столик, вынул из кармана фотографию Плюша, которую вручил ему в Берлине Лангнер, и еще раз взглянул на нее. Так и есть, этот! Лысеющий человек, уже за сорок, толстые губы, очки… Клос повелительно махнул ему рукой. Официант сразу подошел к столику.
– Я вас слушаю, господин капитан. – Он говорил по-немецки почти без акцента.
Клос повертел портсигар:
– Ваше имя Плюш, это точно?
Официант утвердительно кивнул.
– Я от Курта из Берлина, – назвал Клос пароль, который дал ему Лангнер.
– Мы не можем здесь разговаривать, – шепнул Плюш. – Я сейчас подам вам кофе. Или, может быть, что-нибудь покрепче?
– Можно рюмку коньяку.
– У нас коньяк французский, господин капитан, – громко ответил Плюш и тихо добавил: – Конрад уже приехал. Я только боюсь, что меня начинают подозревать. Завтра в восемь на старой пристани. Вы знаете, господин капитан, где это?
– Найду, – коротко ответил Клос.
4
К старой пристани вела извилистая тропинка, которая пересекала луг и скрывалась в зарослях, ивняка, росшего по берегу небольшой речушки. Клос вышел к месту встречи с таким расчетом, чтобы оказаться там первым. Обошел вокруг длинного деревянного сарая, где хранились байдарки, заглянул через узкое окошко внутрь, а потом уселся на ветхую лавочку под деревом, откуда можно было хорошо видеть дорогу, ведущую из городка.
Клос решил вытянуть из Плюша как можно больше информации. Особенно его интересовали пароль и связи, которыми пользовалась Ганна Бесель. «Плюша позднее необходимо будет убрать. Но лучше, если этим займутся люди Конрада. Если я доберусь до них…» – размышлял Клос. Обстановка все усложнялась, а прошедший день почти ничего не принес, что помогло бы выполнению задания…
Сразу же после завтрака Клос направился на городской вокзал, если можно так назвать деревянный барак, поставленный на развалинах сожженного здания.
Матей, в той же самой одежде, что и в Варшаве, уже стоял около расписания поездов. Это было очень неосторожно – прийти на встречу в том же самом черном пальто и шляпе. Но Клос ничего ему не сказал, так как им предстояли дела поважнее. Матей сообщил Клосу, что с Конрадом можно встретиться только с разрешения Центра, поэтому необходимо подождать еще два-три дня, чтобы получить явку.
На это Клос ответил, что Бесель уже начала расшифровку Конрада и его людей в Лиско-Здруе, а он, Клос, должен еще ждать!..
Матей выслушал все молча и ограничился обещанием приехать через два дня.
– Только не появляйся снова в этой одежде! – бросил с раздражением Клос. – И постарайся разузнать все, что возможно, о некоем господине Гебхардте из Берлина. Он когда-то был уже в этих местах…
Даже не посмотрев на Матея, Клос направился к выходу. И когда открывал дверь, то заметил в окне, выходящем на перрон, лицо Ганны Бесель. Сомнений больше не было: она действительно следила за ним. Клос почувствовал что-то неладное и встревожился не на шутку.
На перроне Варшавского вокзала, хотя тогда и было темно, характерная фигура, необычная одежда Матея и его неожиданная услуга немецкому офицеру могли ей запомниться. А сейчас она снова увидела его здесь… Игра становилась небезопасной.
По возвращении в дом отдыха, не заходя в свою комнату, Клос постучался к Ганне. Она уже была на месте, впустила его, указала на стул, а сама села на ручку кресла.
– Ну как провела вчера время? – спросил он Ганну.
– Ничего, все обошлось, – холодно ответила она. – Пароль был в порядке, приняли за свою. Еще недолго – и доберусь до Конрада.
– Думаешь, он еще не появился?
– Наверняка нет, – ответила Ганна. – Но будь спокоен, я точно узнаю, кто это. – Она сказала «узнаю», а не «узнаем». Клос ответил на это только незаметным кивком. – А у тебя, Ганс, как дела? Что ты можешь мне сообщить?
– Договорился с агентом Лангнера, Плюшем, встретиться сегодня в восемь вечера на старой пристани.
– Хорошо. И больше ничего? – спросила она со значением.
«Как быть дальше?» – заколебался Клос. Показная искренность иногда приносила пользу, но… он не знал, как поступить в данной ситуации.
– Зачем ты за мной вчера следил? – строго спросила Ганна.
– Когда ты это заметила? Когда входила в домик? А может быть, увидела меня в окно? Я еще долго торчал там. Ты могла оказаться в опасности, и я должен был тебя охранять. Неужели ты этого не понимаешь?..
– Я же тебе говорила, Ганс, что ты должен делать только то, что я тебе прикажу, – с укором проговорила Ганна.
– Я полагаю, – твердо ответил Клос, – что Лангнер никогда бы мне не простил, если бы тебя убили! А ведь могло случиться так, что их настоящий агент установил связь раньше… Я боялся за тебя, Ганна…
Она молчала, а Клос ждал, скажет ли Ганна что-либо о его встрече на вокзале. Она не промолвила ни слова… А это значительно хуже.
Неожиданно раздался стук в дверь.
– Пройди в ванную! – приказала Ганна. – Я не хочу, чтобы тебя здесь видели.
Клос проскользнул в ванную, запер за собой дверь и, к своему удивлению, услышал голос Гебхардта.
– Вы обещали, госпожа Бесель, выпить со мной рюмочку вина.
– Да, господин советник. Только Прошу вас, спуститесь вниз, я сейчас же приду, – ответила Ганна.
«Заинтересовалась уже Гебхардтом, а мне не сказала об этом ни слова. Может быть, уже послала сообщение в Берлин?» – подумал Клос.
Все это Клос перебирал в памяти, ожидая встречи с Плюшем. Тучи закрыли луну, и старая пристань погрузилась в темноту. Поднялся сильный ветер, зашумели деревья над рекой. Клос закурил сигарету и подумал, что теперь его хорошо видно каждому идущему по тропинке. Однако Плюш появился совсем с другой стороны. Видимо, была еще одна дорога между деревьями.
– Полковник Лангнер передает вам благодарность, – сказал Клос, обращаясь к Плюшу. – Вашей информацией вы оказали большую услугу Германии.
Снова от порыва ветра зашумели деревья, но сквозь этот шум Клос услышал какой-то шорох. Ветер затих, снова наступила тишина. Старая пристань, погруженная в темноту, была безлюдна.
– Я должен вам сообщить, господин капитан, – начал нервозно Плюш, – весьма важное…
В это время раздались один за другим два выстрела, да так близко, что Клос заметил вспышку огня в кустах около реки… Плюш вскрикнул, ноги его подкосились, и он ткнулся лицом в песок.
Клос мгновенно упал на землю, выхватил из кобуры пистолет, выстрелил не целясь, хотя прекрасно понимал, что это бесполезно. Они стояли рядом, Плюш и он, оба курили, оба были видны как на ладони, но выстрелы были предназначены для Плюша, а не для него, Клоса. Кто стрелял? Люди Конрада? Но они не могли знать о его встрече на старой пристани. Может быть, следили за Плюшем, подозревали его в предательстве?.. Хотя это было маловероятным.
Клос склонился над немецким агентом, пощупал пульс. Плюш был мертв. Ситуация для Клоса значительно осложнилась. В его присутствии был убит агент немецкой разведки. Необходимо будет как-то все это объяснить, а если при этом удалось бы бросить подозрение на Ганну Бесель… Он обшарил карманы Плюша, вынул бумажник, сигареты и даже записную книжечку официанта – все это следовало тщательно изучить. Труп Плюша Клос оставил на прежнем месте.
Снова показалась луна, и ее свет вырвал из ночной темноты реку, зеленый луг и пустую старую пристань…
5
Клос повернул ключ в замке и вошел в комнату. Он сильно устал, но отдыхать не было времени: ему предстояла неотложная беседа с Ганной Бесель. Не включая свет, присел на кровать, пытаясь проанализировать все случившееся. Речь шла не только о Конраде и срыве планов абвера, но и о нем лично. Клос прикрыл глаза и в этот момент услышал голос Ганны Бесель:
– Включи свет, Ганс.
Он быстро подошел к выключателю. Ганна здесь! Значит, она наверняка копалась в его вещах. Не было ли там чего-либо компрометирующего? В пачке сигарет «Юно» находится шифр. «Как неразумно было, – укоризненно подумал Клос, – оставлять его там…» Но он не мог поступить иначе, потому что это был новый шифр и он не успел еще запомнить его.
«Может быть, ее сейчас же застрелить?
1 2 3 4 5
 рекомендуем заказывать здесь 
 https://plitkaoboi.ru/laminat/ 

 гигиенический душ цена