Левое меню

Правое меню

 рекомендуем заказывать здесь      https://legkopol.ru/catalog/linoleum/Ideal/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

О'Брайен Барбара

Необыкновенное путешествие в безумие и обратно: операторы и вещи


 

На этой странице сайта выложена бесплатная книга Необыкновенное путешествие в безумие и обратно: операторы и вещи автора, которого зовут О'Брайен Барбара. На сайте alted.ru вы можете или скачать бесплатно книгу Необыкновенное путешествие в безумие и обратно: операторы и вещи в форматах RTF, TXT, FB2 и EPUB, или же читать онлайн электронную книгу О'Брайен Барбара - Необыкновенное путешествие в безумие и обратно: операторы и вещи, причем без регистрации и без СМС.

Размер архива с книгой Необыкновенное путешествие в безумие и обратно: операторы и вещи равен 119.77 KB

О'Брайен Барбара - Необыкновенное путешествие в безумие и обратно: операторы и вещи - скачать бесплатную электронную книгу



От издателей – вместо предисловия
«Изумиться (устаревш., церковн.) – сходить с ума, лишаться рассудка, обезумливать, выживать из ума».
Вл. Даль Толковый словарь живого великорусского языка
Странная, странная книга. Что и с чем в ней только не встретилось… Описание атмосферы интриг в американской «конторе» – ядовитая сатира на все конторы мира. «Остросюжетная психопатология» болезни рассказчицы временами заставляет забыть, что это такое, и читать-почитывать, как фантастику. Исповедь борющейся за себя души, которую несет по волнам безумия, заставляет вспомнить и пережить разные чувства – от ужаса до восхищения – как при чтении дневников отважных путешественников-одиночек: "На шестой день на горизонте показался… " Сделанные «путешественницей» ироничные зарисовки ученых мужей-психиатров, психоаналитиков, сидящих со своими нормами да прогнозами на берегу неукротимой стихии, изящны и, пожалуй, сочувственны. Размышления о причинах и механике случившегося тянут на крепкий, сдержанный в оценках «научпоп». И так далее.
Совершенно очевидно – откройте на любой странице – что это хорошая книга. Замечательная ее переводчица, правда, дважды сказала: «Нет, не возьмусь». (Потом была рада, что взялась). Все из-за темы: «про это». Ведь переводчик – это тоже «с берега на берег», не окунуться в ту самую стихию невозможно. Вот и страшно было, хотя потом оказалось, что книга – веселая, как ни странно. (Было еще такое советское словцо «жизнеутверждающая», которое теперь всерьез не употребишь – а так бы подошло!) Право, есть в этой «истории скорбного разума» что-то в высшей степени здравое, ясное и даже озорное. Читателю уже нечего бояться: все по-настоящему страшное рассказчица пережила сама, ему же оставлено только захватывающее повествование с хорошим концом.
Что же касается издателей… Мы понимаем, что как независимое и специализированное издательство мы принимаем на себя ответственность за этот выбор, за судьбу русского перевода «Операторов и Вещей» и за то, как «странная книга» впишется в основанную нами серию «Библиотека психологии и психотерапии». И считаем, что впишется. «Наши» авторы, в отличие от Барбары О'Брайен, – блестящие профессионалы в сфере заботы о душевном здоровье, и именно они высказывали на сей счет довольно неортодоксальные суждения. Некоторые, страшно сказать, близки к выводам, выстраданным автором этой книги.
Вот мудрецы-патриархи серии – впервые переведенные нами на русский Милтон Эриксон и Дональд Вудс Винникотт. Классики. Ведь, если вдуматься, один учил, что доктор должен каждый раз угадывать, как больному самому себя вылечить. Другой советовал родителям младенцев больше доверять своей интуитивной мудрости и меньше полагаться на науку, светилом коей сам влялся. А одна из первых книг серии (Дж. Грэхэм) вообще называется «Счастливый невротик». И все без исключения авторы согласились бы с тем, что могучие силы «Океана» – бессознательного – способны порождать и озарения, и монстров. И ни один бы не заявил, что умеет укрощать эти силы – уж скорее, улавливать и использовать в интересах дела их колебания, пытаться вступить в диалог. И никого из изданных нами профессионалов – мы уверены! – не шокировало бы соседство в одной серии с книгой, написанной пациенткой, -они-то как раз оценили бы и то, что это «голос с другой стороны», и то, что она абсолютно самостоятельна и вневедомственна.
Что вневедомственна, мы поняли, когда думали, кто бы написал к ней предисловие. Психолог: до психологии ли в остром психозе? Психиатр: галлюцинации и бред еще и не такие бывают; спонтанные ремиссии при шизофрении – да, случаются, это известно; а зачем и кому это нужно читать? (И ведь будет прав…).
Кто еще? Антрополог? Философ? Собиратель курьезов и редкостей? Литературовед, специалист по «фэнтэзи»? Кому рекомендовать эту книгу как «свою» и кто не скажет «чур меня»?
Со времени, когда происходили события «ничьей» книги, прошло много лет. Во всем мире психиатрия изменилась – как и сам мир – а тайна безумия все равно есть. Грозная, мрачная, но не только. Об этом, кстати, Барбара О'Брайен написала через двадцать с лишним лет после «событий» прекрасную статью «Постскриптум», любезно присланную нам литературным агентством «Марк Патерсон энд Ассошиэйтс». Ничего «такого» с ней больше не случалось, а почему – с ней, почему – это, почему – с таким исходом… никто никогда не объяснил. «Такие дела», – как говорили на планете Тральфамадор.
А между тем появление у нас книги Барбары О'Брайен кажется странно логичным. Именно здесь, именно теперь… И «двунадесять языков» смешавшихся в ней жанров, и беспредельное одиночество героини, отчаянно пытающейся все время заново себя определить, вынырнуть, сориентироваться – чтобы в конце концов сказать миру «да», посмотреть ему в глаза и дать ему принять себя обратно… Чем это задевает, что отзывается? В каком-то смысле – одном из многих – эта книга о том, как невозможное случилось (к чему никто и никогда не бывает готов), осозналось и было принято. (В рекламе одного психологического тренинга говорится: «Мы раздвигаем Ваши стены». Участница вечерком написала в дневнике: «Когда раздвигаются стены, едет крыша»).
… Когда все смешалось в бывшей Стране Советов и многие стали заниматься не своими делами, о которых даже и не догадались бы раньше, -невозможное стало возможным. А одним из наших дел стало издавать книги. Эта – одиннадцатая.
Леонид Кроль, Екатерина Михайлова
Вступление
«По сути дела, в психологии все зиждется на опыте, – утверждал К. Г. Юнг. – Вся теория, даже когда она воспаряет в самые абстрактные сферы, вляется прямым результатом чьих-то переживаний».
В этой книге конкретный человек рассказывает о своих фантастических переживаниях, которые с трудом вписываются в абстрактные теории, включая и разработанные мною. Хотя на сознательном уровне мы общаемся на одном зыке, выработанном одним социумом и одной общечеловеческой культурой, все же общение с собственным подсознанием – задача не из легких. Для психологии любой личностный опыт представляет интерес, ибо чтобы стать действенной теорией, а не надуманной систематизированной схемой, психология должна постоянно изучать непосредственный опыт.
В идеальном варианте стоило бы попытаться интерпретировать содержание шизофренического мира Барбары с помощью какой-нибудь из моделей подсознательных процессов, независимо от степени ее разработанности.
В этом отношении особый интерес в рассказе Барбары представляют два момента. Первое: ощущение того, что разыгранная ее подсознанием драма задумана с целью спасти ее от чего-то невыносимого, а это подтверждает гипотезу Фрейда, что механизм галлюцинации является не болезнью как таковой, а попыткой вернуться в нормальное, здоровое состояние. В своих галлюцинациях Барбара не перемещается в век богов и демонов, ее преследуют ужасы Человека Организованного. Так она реагирует на действия сил, подавляющих творческое начало в работе, и пытается установить отношения доверия с другими силами, что сделало бы ее жизнь более радостной.
В мире Барбары творческих людей насаживают на крючок, а доверчивых устраняют. Для большинства из нас проблемы творчества и душевного взаимопонимания так же понятны, как разница между содержательной и гармоничной жизнью и затаенным отчаянием. Для Барбары же это вопросы жизни и смерти, и в этом заключается разница в отношении к проблеме нормального человека и шизофреника. Как признает сама Барбара, ее проблемы нельзя считать разрешенными, и выздоровление пока еще не является полным. Галлюцинации кончились, и сознание вполне справляется с работой, но все так же невыносимо думать о крючколовах, и вряд ли она сможет доверять людям в такой степени, чтобы человеческое общение приносило ей радость. Мир остается таким же враждебным для Барбары, а ее главной задачей остается выживание. Однако незаурядный ум и стремление к творчеству, подтолкнувшие Барбару к созданию этой книги, вселяют надежду и оптимизм.
Психология мало что может сказать по поводу творчества. На основе своего анализа Фрейд объявил Достоевского невротиком, но добавил: «Сталкиваясь с художником, творцом, анализ, увы, вынужден сложить оружие». Барбара владеет пером, и причем отлично; для нее творчество стало тем терапевтическим средством, которое помогло ей подняться над рутинным миром психиатров с их копанием в чужих душах и однообразным бумагомаранием. Барбара вносит систему и порядок в хаос, облекая язык подсознания в приемлемую для сознания форму, к чему лишь приблизились самые лучшие из лечебных методик.
Второй интересный момент в работе Барбары касается весьма перспективных исследований относительно связи между душевной болезнью и физиологическими расстройствами. Она понимает, что в разыгранной подсознанием драме ей ясно по крайней мере одно: пусть работают адреналиновые железы, надо разозлиться, иначе пропадешь. Согласно новейшим исследованиям, у больных депрессивным психозом и у части шизофреников (а иногда и у обычных невротиков) физиологические реакции на стресс отличаются от физиологических изменений у тех пациентов, которые в стрессовых ситуациях проявляют агрессивность или изворотливость. Например, у поддавшихся страху выделяется меньше норадреналина. Возможно, страх – это физиологический яд, угрожающий жизни человека, потому что пугает его даже самой возможностью испытать состояние гнева.
Вполне вероятно, что реакция гнева вызывает необходимую для психологического равновесия физиологическую перестройку организма. Не исключено, что опасение проявить гнев перерастает в боязнь активных действий и поступков, что в итоге кончается желанием забиться в свою нору. Отчаянный бросок Барбары через всю страну был, по моему мнению, первым шагом к активному излечению, тем более, что раньше нее привычные места покинул ее разум.
И мне, и читателям, видимо, хотелось бы знать больше о Барбаре: как она выглядит, как прошло ее детство, чем она занимается сейчас, кто сыграл важную роль в ее жизни, помимо начальства? Но мы знаем лишь, что это творческая и независимая натура, с глубоким интеллектом, сильной нравственной опорой и живым характером.
Именно веселость и юмор больше всего поражают меня в Барбаре. Занятое решением вопроса жизни и смерти, что оказалось не минутным делом, а потребовало месяцы, ее подсознание породило образы, достойные Кафки и Эдварда Дж. Робинсона, и одновременно такое милое и трогательное существо, как Ники. Сама книга напоминает голливудский сценарий, с той разницей, что этот сценарий свидетельствует о бесценном человеческом свойстве: способности перевести внутреннюю тревогу, страхи касательно понятий добра и зла в отвлеченную пьесу с героями и злодеями, пьесу трогательную и забавную.
Психология, если она хочет быть наукой, а не догмой, должна учиться у таких людей, как Барбара, чтобы понять, что подсознание вряд ли вписывается в те механистические шаблоны человеческого поведения, на которые мы так безусловно полагаемся.
Майкл Маккоби, Гарвардский университет
Предисловие
В этой книге умная, наблюдательная и талантливая женщина возвращается из мира воображаемых образов к терапевтам и исследователям, чтобы помочь им в их усилиях установить причины шизофрении.
В своем стремлении понять, как она внезапно оказалась в мире галлюцинаций, который покинула полгода спустя, автор раскрывает потрясающе ясную картину современного знания и неведения относительно шизофрении. Ее подробный и систематизированный отчет и толкование болезни и выздоровления служат ценным и богатым источником фактов и гипотез для исследователей душевных болезней. За это они навсегда останутся в долгу у Барбары.
Я уверен, что не только профессионалы, для которых книга является выдающимся вкладом в понимание этиологии, лечения и социальных аспектов душевных заболеваний, но и широкий круг читателей признают появление нового художника и по достоинству оценят это литературное произведение.
Л. Дж. Рейна, научный консультант Бедфордской центральной больницы, Массачусетс, адъюнкт-профессор психологии, Бостонский университет
Шизофрения: власть демона
Представьте, что, проснувшись поутру, вы обнаруживаете стоящее у постели существо в пурпурную чешуйку, которое утверждает, что явилось к вам прямехонько с Марса. Оно, видите ли, изучает род человеческий, а ваш ум как раз подходит для полевых исследований, которые оно намеревается провести.
Не в силах вымолвить и слова, вы только изумленно таращитесь на незваного гостя, который тем временем вальяжно располагается в вашем любимом кресле, непринужденно перекинув хвост через подлокотник, и сообщает, что только вы можете видеть и слышать его. Сурово уставившись на вас своими тремя глазами, гость предупреждает, что никто не должен знать о его существовании, в противном случае он немедленно вас уничтожит.
Возможно, вы сразу подумаете, все ли у вас в порядке с головой. Но вы отчетливо видите этого красочного марсианина и слышите его громкую и внятную речь. Основываясь на информации, полученной с помощью зрения и слуха, вы, невзирая на предельную несуразность факта, вынуждены согласиться, что все сказанное незнакомцем соответствует действительности.
Если особенности вашего характера не позволяют вам верить в марсиан, запросто наведывающихся в ваш дом, тогда визитером может оказаться сам всемогущий Господь. А то и вовсе черт, либо какая-нибудь иная неординарная фигура. Во всяком случае, независимо от облика, пришельцу свойственны три основные характеристики: он имеет властные полномочия, обладает сверхчеловеческими способностями, и каким-то непонятным образом его сверхъестественность воспринимается вами как нечто вполне приемлемое и правдоподобное.
Остановимся на варианте с марсианином, тем более что растущая, как снежный ком, информация о летающих тарелках придает всей ситуации некоторую степень вероятности. Охваченные смятением, вы все же стараетесь вести обычный образ жизни, свято сохраняя свою великую тайну. Вы беседуете с друзьями, выполняете свою работу, вовремя садитесь за обеденный стол, не показывая виду, что рядом с вами находится Некто. Марсианин предупреждает, что он легко читает ваши мысли и отвечать на его вопросы надо лишь мысленно, не говоря ничего вслух. Вы быстро убеждаетесь, что это не пустая похвальба, ваш новый знакомец подтверждает слово делом.
Если вы умеете достаточно владеть собой, какое-то время вам удается сохранять свою тайну, пока с вами не происходит нечто необычное. Вдруг кто-то из друзей замечает, что с вами творится что-то не то и предлагает излить душу. Это вовсе не входит в ваши намерения, ведь, стоит вам открыть рот, как и вы, и ваш доброжелатель тотчас распрощаетесь с жизнью. Вместо этого вы еще тщательнее следите за собой, держите себя в руках что есть мочи и отчаянно умоляете марсианина поскорее закончить свои исследования и убыть восвояси.
Случается, что марсианин и вправду исчезает на несколько дней или недели. Но вероятность такого поворота дел не более пяти сотых процента. После того как ваш знакомец вернулся на Марс, вы испытываете невероятную физическую усталость, а ваш мозг, работавший на третьей космической скорости в присутствии марсианина, постепенно замирает и чуть ли не перестает работать совсем. День проходит за днем, и вы постепенно приходите в норму. Со временем вы даже, возможно, поделитесь своим невероятным переживанием с кем-нибудь из близких.
Однако с вероятностью в 99. 95% можно утверждать, что, появившись в вашей жизни однажды, марсианин устроится в ней на долгие месяцы. Скорее всего, дело кончится тем, что вы окажетесь в психиатрической клинике и вас будут периодически лечить электрическим и инсулиновым шоком. Есть шанс, что после нескольких сеансов пришелец исчезнет.
Гораздо больше вероятность того, что и после сотого шока марсианин будет благополучно пребывать рядом с вами. К этому времени вы настолько падете духом, что вам будет ровным счетом наплевать, убьет ли вас ваш мучитель или нет. А, может, еще до этого доктора сумеют развязать вам язык с помощью соответствующих уколов, и вы без удержу станете рассказывать и докторам, и всем, кто только подвернется под руку, о своем визитере и о том, почему он преследует вас.

О'Брайен Барбара - Необыкновенное путешествие в безумие и обратно: операторы и вещи => читать книгу далее


Надеемся, что книга Необыкновенное путешествие в безумие и обратно: операторы и вещи автора О'Брайен Барбара вам понравится!
Если это произойдет, то можете порекомендовать книгу Необыкновенное путешествие в безумие и обратно: операторы и вещи своим друзьям, проставив ссылку на страницу с произведением О'Брайен Барбара - Необыкновенное путешествие в безумие и обратно: операторы и вещи.
Ключевые слова страницы: Необыкновенное путешествие в безумие и обратно: операторы и вещи; О'Брайен Барбара, скачать, читать, книга и бесплатно
 керамическая ванная мы покупали тут - рекомендуем!      https://plitkaoboi.ru/laminat/ 

 угловая ванна со стеклянными шторками