Левое меню

Правое меню

  все замечательно      https://legkopol.ru/catalog/linoleum/pod-derevo/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


- Да, точно, - согласился Андрей, - я его запустил у самого устья и он плыл, плыл себе вниз по течению. Я радовался. И вдруг что-то шлеп, прямо рядом с кораблем. Смотрю, стоят трое пацанов и камнями кидают в мой кораблик. Один кричит: "Артобстрел!". Я кинулся его из воды доставать, но тут они и попали, сломали парус. Я в воду плюхнулся, закрыл его собой, из воды вытащил. Они меня окружили, здоровые лбы, лет на пять старше. Отобрали корабль у меня и растоптали ногами. Я спросил их: "Зачем вы это сделали?" и знаешь, что они мне ответили?
- Что? - спросил Джокер.
- Мы веселимся! - ответил Андрей. - Они так веселятся! Ломая и разрушая, они веселятся! Вот почему войны и преступления на земле не прекращаются! Потому что эти ублюдки подрастают!
- Поехали домой, - сказал Джокер, - чего тут сидеть? Одни менты остались.
- Я хочу знать в машине ли Дима? - ответил Андрей. - Окрестности я все обшарил. Нет его нигде. Может он жив, если его в машине не найдут? Ты если спешишь, уезжай.
- А ты как доберешься? - спросил Джокер.
- С ментами доеду, - ответил Андрей.
- Ну, тогда поеду я, - сказал Джокер, - я обещал отцу двигатель помочь перебрать в машине.
- Спасибо тебе, Джокер, за помощь, - сказал Андрей.
- Пожалуйста, - ответил Джокер, - лучше бы она и вовсе не понадобилась.
Он пошел к своему железному коню, а самого мотоцикла он оглянулся и спросил, крикнув:
- Так, что репетиции сегодня не будет?
- Нет, - ответил Андрей.
- Так всем и передать? - крикнул Джокер.
- Так и передай! - ответил Андрей.
Джокер играл в его группе на барабанах. Какая уж тут теперь репетиция? Как только мотоциклист уехал, приехали водолаз. Надев снаряжение, он нырнул, и через минут пять поднялся и сообщил:
- Там он в машине. Мертвый. Руками дверь не открыть. Резать нужно.
Андрей отвернулся и пошел прочь. Он не плакал, просто слезы текли и текли сами. Поэтому он шел один по дороге, чтобы никто не видел этих слез.
19
Три дня Марина не выходила из состояния шока. Следователь не мог добиться от нее ни одного разумного слова. Марина просто смотрела мимо него на стену и молчала. Единственные слова, которые иногда она произносила полушепотом, были такими: "Я не хочу жить". Она повторяла их с монотонностью диктофона. В больничной палате по очереди дежурили родственники и знакомые. Врач не позволял никому говорить с ней о случившемся.
У Марины было сломано два ребра, вывихнута рука, тело было покрыто множественными ушибами, но главная беда состояла в другом - ребенка она потеряла. Он умер тогда - то ли во время того, как над ней издевались бандиты, то ли в воде из-за переохлаждения. Это было уже не важно. Холодный скальпель хирурга вырезал мертвого эмбриона из ее тела. Маленький окровавленный комочек упал в мусорное ведро и его больше не стало. Не стало чего-то и в душе Марины.
Диму к вечеру того злополучного дня достали из машины водолазы. Его хоронили без Марины, она лежала в больнице и не могла ходить. Народу в похоронной процессии было много, потому что история получила огласку, даже в газете была статья и все ждали, когда же пострадавшая сможет прояснить, что же произошло на самом деле. Не каждый же день жених погибает в день своей свадьбы, а жена его лежит в коме. На поминках были все те же, кто приходил и на свадьбу. Странное ощущение. Люди те же, а повод другой - страшный. Поэтому и разошлись все наверное так быстро, оставив родителей наедине с их горем.
Милиция вплотную занялась этим громким делом. Когда сознание Марины немного прояснилось, пожилой и, вероятно, опытный следователь зашел к ней в палату и присел рядом с кроватью на стул. Медсестра вышла и они остались одни.
- Марина, здравствуйте, - сказал он, - меня зовут Борис Моисеевич, я буду расследовать ваше дело.
Марина взглянула на следователя одними глазами, не поворачивая головы. Он был уже пожилой человек с честным взглядом и поэтому смог внушить Марине доверие.
- Примите мои соболезнования, Марина, - сказал он, - мне очень не хочется бередить вашу рану, но, поймите, мы должны найти этих людей и наказать за совершенное. Вы со мной согласны?
Марина прикрыла глаза и тихо произнесла:
- Диму все равно не вернуть...
- Тем не менее, - продолжил Борис Моисеевич, - вы кого-нибудь знаете из тех людей, которые на вас напали?
Марина отрицательно покачала головой.
- И не видели раньше? - спросил следователь, что-то пометив у себя в маленьком блокноте.
- Нет, - ответила Марина.
- Но приметы вы их можете описать? - спросил Борис Моисеевич. - Вы их помните?
- Да, - ответила Марина.
- Очень хорошо, - обрадовался следователь, - но я вас очень прошу, пока в интересах следствия никому ничего не рассказывать. Когда вы сможете передвигаться самостоятельно, мы с вами поедем в отделение и составим фотороботы. А пока молчок, договорились? Чтобы нам не вспугнуть их.
Марина кивнула.
- Номер машины не помните? - спросил следователь.
- Черный джип, - произнесла Марина.
- К сожалению, этого мало, расстроился Борис Моисеевич, - не помните фирму? Что за джип? Какая марка?
- Я не разбираюсь, - вздохнула Марина.
- Ладно, найдем и так, - пообещал следователь, - но пока, обещайте никому ни слова об этих людях. Никому, кроме меня. Даже милиционерам. Мне стыдно за это, но у нас в органах сейчас работает достаточно много непорядочных людей, чтобы испортить всю нашу с вами работу. Если кто-то будет интересоваться, отвечайте, не знаю, не помню и в таком духе. Договорились?
Марина кивнула.
- Потерпите недельку и с вашей помощью мы отыщем подонков, - сказал Борис Моисеевич, - и еще по одной причине я прошу вас никому не рассказывать о том, что вы помните убийц. Для вашей же безопасности. Пока они будут уверены, что вы их не помните, они вас не тронут. Но как только вы заговорите, вы начнете представлять для них угрозу их свободе. Мы еще в газетах напишем, что вы ничего не помните и дело зашло в тупик. Это их успокоит, они не будут ждать удара с нашей стороны. Тут-то мы их и возьмем тепленькими.
- Ладно, - согласилась Марина.
- Хотел бы я приставить к вам круглосуточную охрану, - с горечью сказал следователь, - но это невозможно. У нас для патрулирования-то людей не хватает. Если кто-то станет вам угрожать, немедленно передайте мне через парня, который каждый день к вам приходит. Андрей его зовут, кажется?
- Да, Андрей, - ответила Марина.
Он и правда приходил к ней каждый день. Просто сидел в уголке возле окна и смотрел на улицу. Выходил, приходил снова. Он никак не мог привыкнуть к тому, что Димы больше нет. Он все время молчал, когда Марина спала, сидел в коридоре. Когда он находился рядом, просто поблизости, Марине было спокойнее и она сказала об этом Андрею в первые же дни, когда смогла говорить. И тогда он стал часто навещать ее.
Он разговаривал со следователем в коридоре, спрашивал, не нашли ли каких-нибудь улик или новых свидетелей, но Борис Моисеевич лишь разводил руки в стороны и вздыхал. Еще следователь очень просил Андрея самому ничего не предпринимать, не играть в Шерлока Холмса, потому что это могло бы спугнуть убийц, да и сам Андрей имел бы риск серьезно пострадать.
Марина стала поправляться и смогла уже самостоятельно ходить. Весь персонал больницы относился к ней с сочувствием и пониманием и поэтому ее единственную звали к телефону дежурной медсестры по которому вести личные разговоры больным строжайше воспрещалось. Марина и сама звонила домой, разговаривала с Романом, которому родители сказали, что сестра просто заболела простудой и поэтому лежит в больнице.
Но Роман, разговаривая с сестрой, сразу же понял, что все не так, как ему говорят папа с мамой, потому что когда он спросил у сестры, почему к ним больше не заходит дядя Дима, Марина заплакала и положила трубку. Звонили родители Дмитрия, говорили с Мариной, звонили подруги, звонил Андрей. И вот однажды поздно вечером, когда практически все в больнице уже спали, Марину снова позвали к телефону.
- Мужской голос вас, Мариночка, - сказала медсестра Ирина Петровна, заглянув в палату.
- А кто это звонит, не сказали? - спросила Марина.
- Нет, - ответила Ирина Петровна, - не представились.
Марина надела тапочки, накинула халат, вышла в коридор и взяла трубку.
- Алло, - сказала она, - я слушаю.
Некоторое время в трубке молчали, а потом незнакомый голос спросил:
- Это ты, Марина?
- Да, это я, - ответила девушка, - а кто это?
- Твой старый друг, - произнесла телефонная трубка и Марина узнала этот голос. Он принадлежал седому - главарю бандитов из того ужасного рассвета, когда погиб Дмитрий.
Марина покачнулась и побледнела. Ирина Петровна испугалась:
- Что с вами, Марина? Вам плохо?
Марина отрицательно помотала головой. Ее охватил жуткий страх, вся спина моментально покрылась холодной испариной.
- Молчишь про нас, это хорошо, - продолжил седой, - будешь молчать и твой маленький братик будет весело бегать из школы и в школу. А ведь, не дай бог, его могут найти оттраханным и убитым где-нибудь в лесопарке...
Марина не могла сказать ни слова, только стояла и слушала, рассудок медленно покидал ее. Нет, только не Рома! "Не трогайте Рому!" - хотелось крикнуть ей в трубку, но язык не повиновался.
- Скажи, что на вас напали чеченцы, пять человек, - продолжал седой, а я твои показания проверю. Будешь умненькой девочкой и братику не будет больно.
Последние слова Марина не слышала. Трубка вывалилась из ее рук и сама она без сознания повалилась на пол.
- Господи! - воскликнула медсестра и бросилась поднимать Марину.
Трубка болталась на телефонном шнуре и пищала короткими гудками. Из палат стали выходить больные, разбуженные шумом в коридоре. Ирина Петровна дала Марине понюхать нашатырь и девушка медленно пришла в себя. Ей помогли подняться, довели до кровати и положили.
- Кто это был? - спросила Ирина Петровна. - Что он сказал?
Марина молчала. Ей было непонятно про что спрашивает ее медсестра. Марина смотрела на Ирину Петровну и не могла понять, то ли ей все приснилось, то ли правда было.
- Кто тебе звонил, Мариночка? - снова спросила Ирина Петровна.
Марина вспомнила разговор и заплакала. Господи, за что ей это? У нее уже отобрали любимого и маленькую жизнь, зародившуюся внутри. Ее саму унизили, избили и изнасиловали. Неужели им мало, неужели им нужен еще и малыш Рома, который пошел в первый класс? Неужели у них хватит жестокости сделать, то о чем они говорили и отнять у Марины еще и брата?
Они могут это сделать. Седой приказал молчать и ничего не рассказывать о том, кто напал на них тогда. Хорошо, она будет молчать. Ведь никого уже не вернешь - ни Диму, ни ребенка, который должен был родиться. Не возвратишь и счастья, которое было у Марины. Их наверняка целая банда и даже если шестерых посадят, то на воле останутся их друзья и тогда они приведут в исполнение, то, что обещал седой. Ей необходимо молчать. Да, седой сказал, что он проверит протокол допроса, значит, у него и в милиции есть свои. Недаром об этом предупредил ее Борис Моисеевич. Сейчас нужно думать о живых.
- Марина, очнись, - потрогала за плечо ее Ирина Петровна, - тебе угрожали?
- Нет, - ответила Марина, - просто я переволновалась.
- Нет, - возразила медсестра, - я слышала обрывки разговора. Ты должна рассказать об этом следователю.
- О чем? - спросила Марина.
- О том, что тебе угрожали, - сказала Ирина Петровна.
- Мне не угрожали, - ответила Марина и постаралась улыбнуться. - Никто мне не угрожал.
Медсестра внимательно посмотрела на Марину и задумалась. Было явно видно, что девушка напугана. Этот подонок, который звонил ей, наверняка пригрозил ей расправой, если она даст показания. "Хорошо, - подумала Ирина Петровна, - пусть Марина молчит, я сама расскажу об этом звонке следователю".
- Ну, что ж, - сказала Ирина Петровна, - не угрожали, так не угрожали. Главное, чтобы ты не волновалась. Дать тебе валерьяночки?
Марина кивнула.
- Валерьяночки и снотворного дам, - сказала медсестра, - а то ты не уснешь.
Ирина Петровна вышла в коридор и вернулась через несколько минут с валерьянкой и таблеткой снотворного. Марина выпила лекарства. Ирина Петровна села рядом и взяла ее за руку. У медсестры была дочь возрастом чуть помоложе, чем Марина и Ирина Петровна очень переживала за девушку, которая лежала сейчас на кровати перед ней. Ирина Петровна думала о том, что сама бы наверное, не пережила такого потрясения, которое случилось с этой молоденькой женщиной. В одночасье, в ночь свадьбы лишиться мужа и будущего ребенка! Как она не сошла с ума?
20
Марина уснула, а Ирина Петровна пошла в коридор и набрала номер телефона, который ей дал Андрей.
- Алло? - ответил в трубке мужской голос.
- Андрей это вы? - спросила Ирина Петровна.
- Да, это я, - ответил Андрей.
- Это дежурная медсестра Ирина Петровна из больницы, где лежит Марина, - представилась женщина.
- Что случилось? - тревожно спросил Андрей.
- Дело в том, - начала медсестра, - что Марине только что звонили и угрожали. Мужской голос. Она не признается в этом, но я кое-что слышала. Ей сказали ничего не говорить о том, что было тогда, ночью.
- Гады! - тихо произнес Андрей.
- Нам с вами нужно рассказать об этом следователю, - предложила Ирина Петровна, - но только так, чтобы Марина об этом не узнала. Она испугана и ни в чем не признается теперь.
- Ладно, - ответил Андрей, - я сейчас позвоню Борису Моисеевичу. У меня есть его домашний телефон. И расскажу ему об этом звонке. Прошу вас, посмотрите за Мариной до утра. Ведь у вас есть на входе охрана?
- Да, сидит сторож, - подтвердила медсестра.
- Значит, посторонние не войдут? - спросил Андрей.
- В ночное время нет, - ответила Ирина Петровна.
- А с утра я сам приду, - ответил Андрей, - и буду в больнице до вечера. На всякий случай.
- Я сменяюсь в девять утра, - предупредила Андрея Ирина Петровна.
- Хорошо, буду в девять, - сказал Андрей.
Ирина Петровна положила трубку и прошла в палату к Марине. Та спала крепко, дышала ровно. Медсестра поправила ей одеяло и пошла к себе за столик.
Утром прибежал Андрей, они договорились не разговаривать с Мариной о ночном звонке, просто делать вид, что его не было. Андрей сообщил Ирине Петровне, что следователь уже в курсе и сегодня после обеда зайдет поговорить с Мариной.
Ирина Петровна переоделась и пошла домой. Было еще тепло, спать не хотелось и дома у медсестры никого не было - дочка в школе, муж на работе. Поэтому торопиться было некогда. Она шла вдоль дороги, помахивая сумочкой, когда ее нагнал бандитского вида парень, крепко сбитый и без шеи. Он ей преградил дорогу.
- Медсестра? - спросил он. - Ирина Петровна?
- Да, - ответила удивленная женщина, - что вы хотите?
- Я хочу, чтобы вы не лезли не в свое дело, - сказал парень и предложил, взяв ее под руку, - пойдемте, пойдемте.
Ирина Петровна шагнула вперед и заметила что за ними впритык к тротуару поехала белая иномарка. Ей стало страшно.
- У вас ведь, кажется, есть дочь? - спросил парень.
- Да, - ответила Ирина Петровна.
- Вы же не хотите, чтобы с ней случилась неприятность по дороге из училища? - спросил парень. - Она, кажется, симпатичная девочка?
- Что вы от меня хотите? - испугавшись за дочь, спросила Ирина Петровна.
- Ничего, - весело сказал парень, - в том-то и дело, что ничего. Работайте, живите и не лезьте, куда не нужно. Ну, подумайте сами, Ирина Петровна, ну, зачем вам неприятности? Они вам нужны?
- Нет, - тихо произнесла Ирина Петровна.
- Вот и чудесно, - сказал парень, - какое вам дело до ночного звонка? Никакого! Идите домой, живите своей жизнью и не нужно самой пытаться испортить ее, понятно? - спросил парень зло, скрипнув зубами.
- Понятно, - испуганно ответила Ирина Петровна.
- Вот и хорошо, - сказал Витамин, это был он, - ступайте себе и не забывайте о нашем разговоре, а то у вас в жизни появятся крупные неприятности.
Ирина Петровна ни жутко испугалась и, как пьяная, побрела дальше по дороге к дому.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28
 Plitkaoboi сайт 
 https://PlitkaOboi.ru/plitka/fap-ceramiche/frame-184012-collection/ 

 https://www.vsanuzel.ru/katalog/dushevye-ugolki/ravak-blix-blcp4-90-white-11558/