Левое меню

Правое меню

 антарес плитка      выбрала тут 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


- Ну, чего, трахнул эту сучку крашенную? - спросил Енот, нервно и пьяно похохатывая, когда они двинулись вдоль дороги, чтобы поймать машину.
- Нет! - зло ответил Витамин.
- А чего? - спросил Слон.
- Тьфу, блядина, она обделалась подо мной! - возмущенно сказал Витамин. - Первый раз со мной такое! Я ей говорю, мол, снимай трусы и ложись. Она сняла и как серанет под себя! Фу, бля! Вот падла!
- Ты бы ей в рот дал, - подсказал Слон.
- Какой рот? - возмутился Витамин. - От нее же воняет!
- Это она специально сделала, - сказал Енот, - точно тебе говорю.
- Ты ей хоть накатил за это? - спросил Слон.
- Мне противно было к ней прикасаться, - сказал Витамин, - я эстет и люблю все красивое.
- Га-га-га, - заржали Енот и Слон, - эстет хренов. Говна испугался!
- Ладно, заткнитесь, - прикрикнул на них Витамин, - идите сами ее трахайте, если вам приятно в дерьме ковыряться.
Слон и Енот замолкли. Им тоже не хотелось вступать в половую связь, нюхая фекалии.
- По домам поедем, - сказал Витамин, - погуляли сегодня нормально. Жаль что не трахнули никого.
- Может еще куда-нибудь сходим, - предложил Енот, - возьмем шлюшек.
- Бабки кончились, - сказал Слон, - только на тачку и осталось.
- Ну, тогда точно по домам, - сказал Витамин, - тормозите такси.
Слон вскинул руку, тормозя машину. Никто не хотел везти трех пьяных джентльменов бандитского вида, все машины проезжали мимо. Слон злился, а Енот плевался вслед проезжающим и пару машин даже пнул. Витамин был спокоен и вскоре остановил "Москвич". Они ехали по своим домам, вполне довольные сегодняшним днем и весело проведенным вечером, пьяные и счастливые. Бедняге водителю "Москвича" наподдали, когда он потребовал денег за проезд и разошлись по домам. Благо жили они рядом друг с другом.
10
Дмитрий еле-еле дождался субботы. В этот день он подменился на работе, с утра выгладил костюм и белую рубашку. Билеты в театр он купил заранее, на следующий же день после того, как они с Мариной договорились туда пойти. Целый день был в его распоряжении и раньше, до знакомства с Мариной Дима провел бы его в поисках драйверов в Интернете, либо тестировал бы полдня какой-нибудь видеобластер, принесенный с работы. Но сегодня Дмитрий был в другом настроении.
Он, конечно, сидел за компьютером, но ни делал ничего глобального, а просто тупо пытался сложить пасьянс, думая совсем о другом. Родители в соседней комнате смотрели телевизор и Дима было присоединился к ним, но ему быстро надоело смотреть глупое американское кино, где за кадром натужно смеется толпа народа, а смешного ничего нет.
Он снова пошел в свою комнату и решил, чтобы убить время до свидания с Мариной поиграть в какую-нибудь "стрелялку". Раньше он так много времени не уделял играм, больше работал над своей глобальной задачей, которая должна была потрясти мир. Просто пока никак не возможно было заставить себя заниматься серьезной работой. В душе пели соловьи и звучали свирели, а они здорово отвлекали своим шумом от серьезной работы. И никак было их не отключить. Да и зачем их отключать, если так хорошо и радостно на сердце.
Компьютер загрузился и игра пошла. И вот снова Дима продвигается по темному коридору, сжимая в руках автомат. Зловонная зеленая вода по пояс мешает идти быстрее, где-то вдали мелькают мутные фигуры в серых шинелях. Дверь закрыта, нужен синий ключ. А где его взять этот ключ? Только там, впереди, там, где живые монстры ждут его, чтобы разорвать на части. Дима не спешит, бредет, вжимаясь в стену, держит наготове автомат. "Тра-та-та!", заговорил автомат, как ловко и неожиданно он выскочил прямо на взвод солдат. "Тра-та-та!", - они корчатся от боли, падая на бетонный пол и в вонючую жидкость. "Тра-та-та!", - человек восемь положил одной очередью.
Дмитрий задумался. Интересно, а мог бы он так же запросто и безжалостно убить живых людей, даже врагов? Какая в сущности разница что нажимать клавишу мышки или курок автомата? Если будет нужно, сможет ли он лишить человека жизни? Защищаясь, наверное, сможет. А вот нападая, никогда.
Этот вопрос обычно решают в армии, которая должна по своему предназначению учить настоящих солдат, готовых убить, если это будет нужно. Но Дима не был готов убить - он служил связистом в обычном, оторванном от нормальной жизни маленьком гарнизоне. Он не участвовал в военных действиях и даже не бил ни разу молодых солдат, когда стал "дедом". Учился работать на ключе и таскал за собой катушку по лесам средней полосы. Так и прошло два года его жизни и вопросов о том, сможет ли он убить врага, когда это будет нужно не возникало ни у него, ни у начальства.
Дима продолжал играть и до шести часов отправил на тот свет штук триста виртуальных монстров, а ровно в половину седьмого, как договаривались, Дима на папином жигуленке подъехал к Марининому дому. Она выпорхнула из подъезда, как бабочка, в красивом синем платьице и расстегнутом плаще. Дима поспешил выйти из машины, чтобы открыть ей дверь. Он так поспешил, что даже забыл про лежащие на заднем сидении розы, купленные им возле рынка. И вспомнил лишь тогда, когда они подъехали к театру.
- Я купил тебе розы, Марина, - сказал Дмитрий, - они на заднем сидении. Извини, что не сразу подарил их тебе. Увидел, какая ты... красивая, и обо всем позабыл.
Марина улыбнулась, обернулась и взяла в руки букет.
- Нравятся? - спросил Дима.
Марина утвердительно кивнула. Действительно, розы были чудесные. Свежие, влажные и ароматные.
- Те все еще не осыпались, - сказала Марина. - Они у меня в спальне стоят. Я на них смотрю и о тебе думаю.
- А я о тебе, - ответил Дима.
- Но у тебя же нет роз, - рассмеялась Марина.
- Мне совсем не нужны розы, чтобы думать о тебе, - ответил Дима.
Они перешли на "ты" не так давно - вчера. Они долго разговаривали вечером, а потом Марина уложила брата спать и сама перезвонила Дмитрию, а потом они болтали до двух часов ночи. Болтали в сущности, о пустяках, ни о чем, просто молчали и слушали дыхание друг друга. И тогда Марина в первый раз сказала Диме "ты".
В театре было полно народу, особенно у вешалки и в буфете. Но сходить в театр и не потолкаться в гардеробе, а потом не посидеть за чашечкой кофе с пирожным в буфете, это значит, что в театре вы не были. Дмитрий и Марина стали было в очередь в гардероб, чтобы сдать плащ Марины, но Дмитрию на ум пришла мудрая мысль, что плащ можно оставить в машине и сразу же занять очередь в буфет. Минут через пятнадцать они оба счастливые уже сидели за столиком и ели эклеры, запивая их апельсиновым соком.
- Марина, - спросил Дима, - а тебе нравится заниматься синхронным плаванием?
- Не знаю, - пожала плечами Марина, - просто привыкла, наверное. Особых успехов у меня нет, но в команде я хорошо плаваю. И все-таки физкультурой занимаюсь для тонуса.
- Мне тоже надо заняться физкультурой, - сказал Дима, - а то скоро совсем стану, как вопросительный знак, сидя перед компьютером.
- Приходи к нам в бассейн и плавай, - предложила Марина.
- Я плаваю, как топор, - признался Дима.
- Ничего, я тебя научу, - пообещала Марина, - будешь плавать, как рыба.
- Может меня и в команду возьмут по синхронному плаванию, - улыбнулся Дима.
- Мужчин не берем, - сказала Марина.
- Почему? - удивился Дима.
- Это чисто женский вид спорта, - объяснила Марина, - мужчины не плавают синхронно.
- Это дискриминация в чистом виде, - возмущенно сказал Дима, - тогда я создам из своих знакомых компьютерщиков первую в мире мужскую команду по синхронному плаванию.
- По синхронному утоплению, - подшутила Марина над Димой, - пять компьютерщиков тонут одновременно.
- Вместе с компьютерами, - добавил Дима.
- А ты, между прочим, обещал меня научить работать на компьютере, сказала Марина, - а сам не учишь.
- Начнем с понедельника, - пообещал Дима, - устрою тебе компьютерный ликбез на дому.
Марина посмотрела в глаза Дмитрию, и в зрачках ее блеснули яркие счастливые огоньки. Ей было хорошо с Димой. Она говорила с ним не напрягаясь, не думая о том, что сейчас сказать и что подумает о ней этот человек. Все было к месту и все было в тему. Иногда так случается в мире, что два человека встречаются и словно одну разрезанную кем-то открытку складывают так, что и места склейки не видно. Нет дискомфорта ни в общении, ни в молчании. Все на своих местах. Это, наверное, и есть счастье.
Жизнь, конечно, тоже на месте не стоит и тащит эту склеенную открытку дальше и мнет ее. Смотришь - уже там разрыв или в другом месте. А то и вовсе нет разрыва на первый взгляд, а потом в один миг - бац! и опять две половинки отдельные друг от друга. Да, так порвались, что заново ни за что не склеить. Но этого, конечно, может и не случиться если не тащить постоянно свою половину в свою сторону. А когда вдвоем тащат, так это еще хуже. Марина думала о том, что у них с Димой так не будет. Она готова беречь и защищать, то что у них сейчас есть. Пусть маленькое, но счастье. И пусть оно лучше растет, чем засыхает.
Зазвучали позывные в фойе и Дима улыбнулся. Он видел, что Марина задумалась и не хотел отвлекать ее.
- Уже третий звонок, - сказала он Марине, - пора занимать места.
- Пойдем в зал, - согласилась Марина.
Спектакль был классический, по Мольеру, назывался "Тартюф" и был несколько далек от того, чем жили сейчас Дима и Марина. Но они смотрели с удовольствием, их плечи соприкасались, их души переживали одни и те же чувства, их мысли кружили вокруг одного и того же, хотя и улетали иногда далеко от действия. Когда спектакль закончился, Дима и Марина вышли из театра и сели в машину.
- Кто же сегодня укладывает спать твоего маленького брата? - спросил Дима.
- Мама выходная, она им занимается, - ответила Марина, - хотя Ромка капризничал, не хотел, чтобы я уходила.
- Да, - произнес Дима, - у меня подрастает серьезный соперник, которого зовут Рома. Он тебя ревнует?
Марина тихонько улыбнулась.
- Наверное, - сказала она, - но по своему, по малышовому.
- Может быть, тогда поедем, покатаемся? - предложил Дима. - Раз сегодня Рома остался под присмотром.
- Не знаю, - пожала плечами Марина, - а куда мы поедем?
- К морю, - ответил Дима, - недалеко от порта есть большой недостроенный пирс. На него можно заехать на машине и постоять высоко над морем. Правда, лучше ехать туда рано утром, когда солнце еще не встало, и дождаться рассвета. Мы с отцом раньше часто ездили туда рыбачить и встречать рассвет. Красиво, не описать словами. Когда-нибудь мы с тобой обязательно съездим туда рано утром, а пока можно поехать и поздно вечером.
- Только недолго, - попросила Марина, - а то мама будет ждать меня и расстраиваться.
- Хорошо, - согласился Дима, - постоим там пять минут и обратно. Это мое любимое место в мире.
- Когда-нибудь ты научишь меня водить автомобиль? - спросила Марина.
- Можно начать прямо сегодня, - ответил Дима.
- Ой, я боюсь, - воскликнула Марина, - я не смогу рулить.
- Рулить не надо, - засмеялся Дима, - начнем с теории. Вот вставляю ключ и поворачиваю. Слышишь, зашумело? Сразу жми педаль газа. Завелась? Теперь жмем сцепление и переключаем скорость.
Машина тронулась с места и мягко поехала.
- Поняла, как заводить? - спросил Дима Марину.
- Ничего не поняла, - ответила Марина, - ты как будто на другом языке говорил.
- Марина, - рассмеялся Дима, - ты такая интересная и трогательная.
- Не смейся надо мной, - обиделась Марина, - а то не буду учиться. Сам ты интересный и трогательный.
- Хорошо, - согласился Дима, - пусть я такой, а ты тогда забавная..
- А ты, - приняла игру Марина, - не знаю какой... ты смешной.
- И нелепый, - добавил Дима.
- Но ты мне нравишься, - сказала Марина.
- А ты мне, - ответил Дима и они рассмеялись.
Машина ехала легко, словно летела над дорогой. Дима хорошо умел водить автомобиль. С детства отец разрешал ему садиться за руль. Марина смотрела на дорогу вперед, где тьма расступалась под ярким светом фар, где высокие деревья на обочине кланялись им под ветром, а справа шумело море. Марина волновалась оттого, что она едет с мужчиной одна в машине, и не умела скрыть этого. Ей было всего восемнадцать лет. Или уже восемнадцать - это как посмотреть.
Например, Оксана, подруга Марины, начала встречаться с парнями в четырнадцать. Тогда же у нее впервые все и случилось. В восемнадцать лет она была уже зрелая опытная женщина и посмеивалась над Мариной, которая первый раз поцеловалась с парнем год назад, а уж если говорить о чем-то интимном, то об этом и речи не было. Не то, чтобы Марине никто не нравился из парней, встречавшихся на ее жизненном пути. Нравились, конечно, она даже влюблялась.
Просто ей не хотелось лезть в кровать для того, чтобы потом с гордостью сказать подружкам, как Оксана однажды: "Все, девки, я уже не целка!". Поэтому Марина, конечно, встречалась с парнями, как только начинались поползновения на интим и Марина чувствовала, что ей этого не хочется, она всеми силами старалась этого избежать. И избегала. Она ждала когда все будет по настоящему. Она даже знала как это будет. Она хотела, чтобы этот первый был любимым и желанным. Она берегла себя для него. Скептики скажут - сказка! Пусть. Пусть будет сказка, но дайте в этой жизни хоть немного места сказке и жизнь станет совсем другой. Сказочной. И вообще, иногда приятнее заблуждаться, чем знать правду.
А вот теперь, сидя в машине рядом с Димой, Марина вдруг ощутила, что хочет, чтобы он обнял ее, крепко прижал к себе и поцеловал прямо в губы. Еще в театре ей хотелось этого. И почему вдруг в ней проснулось так неожиданно это необъяснимое чувство? Волнующее и трепетное, заставляющее не спать ночами, а думать, думать. В этот вечер, мчась с Димой в машине по ночному шоссе, Марина хотела не расставаться с ним никогда в жизни. Дмитрий ей очень нравился. Ей нравилось то, как он постоянно поправляет очки, говоря с ней о всякой всячине, как он уверенно ведет машину.
Ей нравилось то, что он такой умный и немножко смешной. И совсем непохож на небритых обезьяноподобных мужланов из рекламы крема для бритья, которые Марине совершенно не симпатичны. Такой супермен только о себе и думает, комплиментов говорить не умеет и грубо хватает за руки. Зачем такой нужен. А вот Дима дарит ей цветы и целует нежно-нежно.
Однажды после какого-то застолья один Оксанин знакомый вызвался проводить Марину до дома. Марина согласилась, просто надоело быть одной. Парень этот был ничего, симпатичный и говорил так умно про фильмы и режиссеров, про актеров много забавного говорил. Сам он работал в видеопрокате. Даже к Марине заперся в гости чаю попить. А сам чаю не пил и тут же в кухне полез целоваться. Запустил свой скользкий язык ей в рот и стал вертеть им там. Марину едва не вырвало. А он успел и блузку расстегнуть и лифчик, Казанова. И все твердил на ухо:
- Ну, давай трахнемся по-быстрому. Мы же взрослые люди. Чего в любовь играть?
Вот так по-простому и сказал - чего, мол, в любовь играть? Нет, мол, никакой любви, а просто трахнемся, как две собачки. Марина отстранилась от него, застегнулась и попросила уйти. А он ей у порога сказал:
- Ну и дура же ты! Сама же прибежишь!
А Марина ничего не ответила. И не прибежала. Она знала, что дождется когда-нибудь человека которого полюбит сама и который полюбит ее. Видимо она очень сильно этого хотела, потому что в ее жизни появился Дима и теперь ей было хорошо и спокойно с ним.
Дима ехал молча, вглядываясь в дорогу, у развилки повернул и съехал к морю. Впереди виднелось большое темное строение.
- Я сейчас вернусь, - сказал Дима, - проверю, все ли нормально. Чтобы мы с тобой в море не свалились.
Он вылез из машины, пошел вперед, освещаемый фарами, и пропал в темноте ночи. Через несколько минут Дима вернулся с радостной улыбкой на лице и сел за руль.
- Держись, Марина, - сказал он, - взлетаем.
Машина зарычала, они въехали на пирс и остановились у самого края. Море внизу шумело и плескалось, разбиваясь о бетонные сваи. Фары машины светили далеко-далеко над морем, разрезая легкую дымку над поверхностью.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28
 ламинат 32 класс технические характеристики рекомендую тут 
 атлас конкорд марвел про 

 https://www.vsanuzel.ru/katalog/vanny/elitnye/