Левое меню

Правое меню

 https://PlitkaOboi.ru/plitka/italon/naturallajf-vud-150168-collection/      https://legkopol.ru/catalog/laminat/33-class/vodostojkij/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

Дункан Дэйв

Меченые Проклятием


 

На этой странице сайта выложена бесплатная книга Меченые Проклятием автора, которого зовут Дункан Дэйв. На сайте alted.ru вы можете или скачать бесплатно книгу Меченые Проклятием в форматах RTF, TXT, FB2 и EPUB, или же читать онлайн электронную книгу Дункан Дэйв - Меченые Проклятием, причем без регистрации и без СМС.

Размер архива с книгой Меченые Проклятием равен 401.73 KB

Дункан Дэйв - Меченые Проклятием - скачать бесплатную электронную книгу




Дэйв Дункан
Меченные проклятием
Год нулевой
Город Квол в 1222 году по его собственному летосчислению был разграблен зарданскими ордами. Позднее историки выбрали эту дату как год падения Кволской империи. Собственно говоря, падение империи длилось по меньшей мере два века, подстегиваемое войнами, моровыми язвами, растущей нищетой и все усиливающимися набегами варваров.
Даже после того, как столица погибла за четыре тяжких дня пожаров и резни, колоссальный труп империи продолжал судорожно подергиваться на протяжении долгого и кровавого заката. Полководцы отрывали куски, превращая их в свои независимые владения. Город воевал с городом, провинция с провинцией. Расовая вражда, погребенная поколения и поколения тому назад, снова разгорелась. Варварские орды осели на земле и начали ее обрабатывать; коренные жители, гонимые голодом, покидали родные места, превращались в кочующие племена. А кое-какие области продолжали почти не потревоженное прежнее существование, радостно делая вид, будто ничего не произошло.
Вначале люди молились об Обновителе, который восстановит Империю и вернет золотой век. И по молитвам их было дано им – даже с лихвой: год за годом появлялись самопровозглашенные императоры и низвергались. Ни одному не удалось основать государство, которое выдержало бы поступь пары крепких сапог.
Поколение сменялось поколением, и видение империи померкло. Былая монолитная Кволская империя превратилась в Куолию, континент враждующих между собой мелких королевств.
История не расставляет вех, но они требуются историкам, и разграбление Квола в 1222 году явилось наиболее удобной точкой отсчета. Ущерб, который зарданцы нанесли самой сущности города, не мог быть заглажен. Каритская династия оборвалась, когда Пантолион прошествовал впереди своей орды по Небесной Дороге, вздымая копье с головой Искита, малолетнего императора. Языки пламени, взметнувшиеся над храмом Двоичного Бога, неопровержимо свидетельствовали, что мир изменился безвозвратно.
Даже имперский календарь словно бы стал жертвой этой бойни. Былая кволская семеричная система уступила место зарданской системе счета по неделям. Люди начали отсчитывать время от разграбления Квола. Словно бы год 1223-й так и не наступил, и год 1222-й был Нулевым Годом новой эры.
Книга первая
Книга Шууль,

а она есть Время, Медлительная, похитительница юности, хранительница того, что было, и того, чему суждено быть, созидательница концов и начал

1
В Далинге это началось, когда Тибал Фрайнит свернул на улицу Феникса.
Гвин помогала Тобу, мальчишке-конюху, сменить пшеничный снопик над дверью. Нужна-то она была лишь тогда, когда мимо проезжала повозка, грозя опрокинуть приставную лестницу вместе с Тобом и снопиком, однако ее присутствие расхолаживало уличных мальчишек, которых так и подмывало опрокинуть лестницу. А чтобы не терять время понапрасну, можно было подмести мостовую перед домом – привлекательнее она от этого не становилась, но все-таки входящие занесут внутрь меньше грязи на подошвах. Подмести могла бы и служанка, да только тогда времени ушло бы в два раза больше. А она рада была предлогу выйти на улицу. Ей чудилось, что она теперь неделями остается в четырех стенах.
Тем временем прислуга, конечно, сидит себе посиживает, ест и болтает вместо того, чтобы работать. А утро в гостинице – самое хлопотное время. Последние постояльцы только что съехали. Пора убрать в конюшне, натаскать воды, перестелить постели, поставить печься хлеб, проветрить тюфяки, наводить чистоту и порядок. И еще надо опять окурить комнату «Фламинго»: никак не удается вывести клопов – памятку, которую оставили после себя моряки, переночевавшие там на прошлой неделе.
Утреннее солнце озаряло узкие улочки Далинга, точно улыбка младенца.
Каменная кладка отливала медью, словно буковая кора. Булыжники полированными островками поднимались над окружающей грязью, и мостовая была точно расстеленное рядно, ковер из булыжника, кое-где залитый вонючими лужами – но и в них весело отражалось солнце. Почти все фасады были слепыми, но бронзовые решетки немногих окон приветливо блестели, а все двери были выбелены известью и сверкали, как снежные шапки на горных вершинах.
Улица Феникса кишела пешеходами и всадниками, кучки зевак обменивались свежими сплетнями. Каждые несколько минут мимо прогромыхивала запряженная волами повозка, и почти за каждой бежали ребятишки, примериваясь, как бы прицепиться к ней, а возчик грозно покрикивал на них. Лоточники зычно оповещали о своем товаре и останавливались поболтать с женщинами в дверях.
Старая связка пшеницы ударилась о булыжник и превратилась в облако пыли и обломки сгнившей соломы как раз на том месте, которое Гвин только что кончила подметать. Она сердито прищелкнула языком и протянула Тобу свежий снопик. Он взял его молча. Даже собственная мать не назвала бы его сметливым. Единственным достоинством Тоба была глупость, мешавшая ему быть нечестным.
Гвин принялась разметать остатки соломы, чтобы колеса и копыта истерли ее в порошок. Она старалась не думать о том дне, когда тридцать шесть недель назад над дверью был повешен рассыпавшийся снопик – дне, таком же жарком, каким обещал быть этот. Она вот так же стояла у лестницы, только на лестнице был не скудоумный мальчишка-конюх, а сам Кэрп. Теперь кости Кэрпа истлевали в безымянной могиле где-то под Толамином. А потом – моровая язва... и Карн с Налном последовали за своим отцом. И она осталась совсем одна – вдова, осиротевшая мать, содержательница гостиницы. Гвин Ниен Солит.
– Гвин!
Она обернулась, заморгав от солнечного света.
Окликнувший ее был высок, худощав. Ни бороды, ни усов. На спине туго набитый заплечный мешок. Балахон и штаны из некрашеной ткани обрели серый оттенок. Обычная куолская одежда, но непривычного покроя, словно бы далеко забралась от родного ткацкого станка. Серые внимательные глаза, спутанные каштановые волосы, подстриженные гораздо короче, чем у горожан Далинга. Под кожей – ни капли жира, только мышцы и кости. Да, очень высок. Он улыбался ей, будто старый друг, близкий друг. Но она никогда раньше его не видела.
– Я не...
Он удивленно посмотрел на нее:
– Прошу прощения! Я Тибал Амбор Фрайнит. – Он поклонился.
– Большая честь для меня, Тибал-садж. Я Гвин Ниен Солит.
– Да. То есть для меня большая честь, Гвин-садж. – Он смущенно покраснел.
Покраснел?
Растерянность.
Его взгляд оставался выжидающим. Она даже вспомнить не могла, чтобы ее что-либо настолько выбивало из колеи. Она же не забывает лиц! И он, во всяком случае, ее ровесник, если не старше, так почему щеки у него так пылают?
Чужому в городе нужна гостиница, а «Гостиница Кэрпа Солита на улице Феникса» завоевала добрую славу. Постояльцы ее по большей части останавливались у нее не впервые – купцы, фермеры, шкипера, но хватало и таких, кого она прежде не видела.
Так почему же она уставилась на этого человека, и не может слова сказать? И почему он так пристально смотрит на нее с высоты своего роста, а щеки у него горят и в глазах такое тоскливое ищущее выражение? В его взгляде было что-то странное, необъяснимое.
– «Гостиница на улице Феникса», – сказал он все с тем же выговором, непривычным для ее ушей. – Все скажут... все говорили мне, что это лучшая гостиница в городе, Гвин-садж.
Говорил он слишком мягко, стоял слишком близко. Из Моряцкого переулка показалась тощая пара волов, за ней другая.
– Они говорили чистую правду, Тибал-садж.
– Мне нужна комната, Гвин. – Казалось, его чуть забавляло то, что она его не узнает. И слишком быстро он опустил почтительное «садж».
– Я сдаю комнаты, Тибал-садж. (Зачем еще вывешивают снопики над дверью?)
Тоб все еще на лестнице укреплял снопик в скобах. По улице, таща повозку, приближались волы. Тибал попятился и оказался у них на пути. Он поднял ладонь, все еще не спуская глаз с нее.
– Ты пришел по дороге из Толамина? – спросила она. Иначе он бы не добрался до города в такой ранний час.
Он поколебался, но кивнул. Возчик сыпал ругательствами.
– И как там? – задала она вопрос. Тибал заморгал и нахмурился.
– Да как всегда, – ответил он неопределенно.
То есть как так? Веснарианцы же осенью разграбили Толамин.
Возчик натянул вожжи, и повозка, залязгав, остановилась – дымящиеся морды передних волов всего в локте от долговязого незнакомца. А он все еще будто ничего не замечал, все еще смотрел на Гвин.
Тоб спустился с лестницы, расплывшись до ушей от гордости, что справился с непривычной работой.
– Все сделано, Гвин-садж.
– Убери лестницу, Тоб.
– А-а... Угу! – Дурачок ухватил лестницу и понес ее прочь. Тибал посторонился, освобождая дорогу волам.
– Тебя же могло в лепешку раздавить, – сказала она.
– Что? – Он оглянулся на повозку и разъяренного возчика, как будто в первый раз их заметил, и пожал плечами. – Нет.
Что-то в Тибале Фрайните было очень странное, но он не вызывал в ней тревоги. Почти наоборот – он словно бы предлагал дружбу. Не просил о ней, а просто считал само собой разумеющимся. Почему-то это успокаивало... одежда не богача, но и не бедняка... сам несет свой дорожный мешок. Значит, небогат. Говорит вежливо. Не солдат. И не купец. Может, странствующий учитель? Ну, хоть он еще не предложил ей выйти за него. Последнее время ей то и дело приходилось охлаждать женихов, готовых хоть сейчас вступить в брак с гостиницей, и рано или поздно у нее не хватит сил отказать.
Гвин открыла дверь, и колокольчик зазвенел.
– Я покажу тебе свободные комнаты. (Они были свободны все, но она не собиралась признаваться в этом.)
Он прошел внутрь мимо нее. Она сделала шаг, и тут чей-то голос произнес: «Началось».
Гвин чуть не подпрыгнула от неожиданности. Она посмотрела по сторонам. Никого. Тоб как раз свернул с лестницей в проулок к задней двери. Повозка скрылась. И это был не голос Тибала Фрайнита.
Так кто же это сказал? Или она совсем дошла до ручки, раз ей начали чудиться голоса! Вздрогнув от страха, она последовала за своим новым постояльцем в дом и хлопнула дверью сильнее, чем следовало бы.
2
В Тарнской Долине это началось с больного зуба. Булрион Тарн хорошо знал, что такое, когда у тебя выдирают зуб. Любой человек, протянувший так долго, что пережил свои зубы, взыскан судьбами – он предпочитал такой взгляд на вещи. И ему повезло, что Глотион всегда к его услугам. Глотион, кузнец, старший из его сыновей, с ручищами словно из дуба. Под щипцами старые зубы крошатся, но Глотион выдирал их просто пальцами. Казалось, он тебе челюсть вывихнет, а голову жертвы он так зажимал под мышкой, что, как пить дать, раздавит череп какому-нибудь бедняге, но в девяти случаях из десяти зуб выдергивал чисто.
Только этот-то случай оказался десятым. Булриону бы подождать, потерпеть боль недельку-другую, чтобы этот коренной зуб подгнил еще больше. Так нет! Захотел поскорее от него избавиться, и Глотион обломил коронку. Вот тут-то и началось! Возион потребовал, чтобы они выждали три дня, пока судьбы не будут благосклонны, и к тому времени Булрион чуть не помешался от боли. Глотион, Бранкион и Занион еле-еле втроем удерживали отца, пока Возион кинжалом вырезал гнилые корни.
Да, видно, не все вырезал. Теперь, два дня спустя, лицо Булриона разнесло почище тыквы, и было оно таким горячим, что борода просто чудом не сгорела. От него так и пыхало жаром. А боль была такая, будто ему голову пронизывали молнии. Вроде бы пришла его смерть.
В Далинге, конечно, были хирурги. Да только два дня пути туда ему не выдержать. А надежды, что какой-нибудь лекарь или костоправ сумеет помочь ему теперь, было еще меньше.
Казалось, судьбы вот-вот захлопнут книгу Булриона Тарна.
3
В Толамине это началось с понесших лошадей. Два обезумевших коняги мчались по узкой улице, силясь в ужасе убежать от преследующего их грохочущего чудовища. Глиняные горшки гремели, катались по повозке, и каждые две-три секунды один вылетал наружу и разбивался вдребезги, будто взорвавшись. Прохожие прыгали в двери и жались к стенам. Козлы повозки были пусты, и никто не знал, куда делся возчик.
Прямо на пути лошадей, сунув палец в рот, стоял малыш, обмотанный пеленкой, и непонимающими глазами смотрел на приближающуюся смерть.
Мать кинулась к мальчику, чтобы схватить его, унести, но поскользнулась и вместе с ним рухнула на мостовую под лошадиные копыта. Лошади и повозка пронеслись над ними и устремились дальше к верной гибели в реке. Женщина кое-как поднялась на ноги, прижимая ребенка к груди. Казалось, ни на ней, ни на нем даже синяка не было.
– Вот! – взвизгнул Джасбур. – Ты видел?!
– Повезло, – буркнул Ордур.
– Повезло? Ты называешь это везением? А я скажу, что это невозможно, я скажу, что кто-то воз-дей-ству-ет!
Ордур почесал в затылке и поразмыслил. Только последнее время он будто разучился думать.
– Может, и так.
– Может?! Ха! Знаешь, ты даже глупее, чем кажешься.
– От такого слышу!
– С виду ты кретин, но до кретина тебе далеко. У тебя
мозгов меньше, чем у кочана капусты.
– От такого слышу.
Теперь у Ордура даже огрызнуться толком не получилось. Он знал, что тугодум. Но нечестно, что Джасбур обзывает его уродом. Сам-то, какой? Сутулый коротышка, чуть не горбун. Лицо серовато-землистое, будто он много лет не умывался, и все в безобразных морщинах. Белки глаз пожелтели; слюнявый. И хоть бахромка волос под лысиной серебрится, у корней-то они черные. На щеках тенями пятна черной щетины и даже вроде бы на лысине. Зубы мерзко торчат, и не одежда на нем, а грязные лохмотья.
А повозка уже скатилась на пристань. Лошади свернули – одна вправо, другая влево, – постромки чудом лопнули, освободив их. А повозка продолжала катиться вперед, проскочила между двух баржей, чуть-чуть не задев их, и скрылась под водой.
Джасбур захихикал как помешанный при этом новом доказательстве судьбоносного воздействия, несовместимого с нормальными законами вероятности сущего мира.
Но ссылка на капустный кочан напомнила Ордуру, что у него урчит в животе. Он поглядел в один конец длинной улицы, потом в другой. Кругом стояло много людей. Большинство смотрело вслед повозке. Другие возбужденно толпились вокруг женщины с ребенком, наперебой обсуждая их чудесное спасение.
– Живот подвело. Я ж весь день не ел.
Джасбур закатился насмешливым хохотом.
– Весь день? Так ведь еще только-только рассвело. Ты про то, что вчера весь день не ел?
– Все равно я голоден.
– А кто виноват? Ты ж вроде бы нищий, но вид у тебя такой, что у детей родимчик делается. Женщины спускают на нас собак, и все из-за твоей уродливой рожи.
– От такого слышу!
– Половина людей в этом городишке не едят. Это ты решил идти в Толамин, и ничего глупее нельзя было придумать.
Ордур не считал, что идти сюда решил он, но сегодня он не собирался спорить с Джасбуром. Завтра – другое дело.
– А ты сегодня ел?
– Нет. И вчера тоже!
– Не нравится мне этот город, – объявил Ордур. – Слишком вонючий.
– Мозги твои творожные! Это от пожарищ. Его же разграбили, бестолочь!
И, словно в подтверждение, чуть выше на холме четыре стены выпотрошенного дома обрушились на улицу водопадом кирпичей и обгорелых балок. Пыль взметнулась черными облаками. Люди закричали.
– Ну вот! – захихикал Джасбур. – Сколько месяцев простоял, а теперь вот взял и рухнул. Говорю же тебе, кто-то воздействует.
– Кто?
– А я почем знаю?
Сверкнула молния, и почти над самой головой загрохотал гром. Ордур даже подпрыгнул.
– Пойдем-ка отсюда.
– Еще чего! Гром в такое время дня? Ты когда-нибудь видел подобное?
– Гром не видят, Джасбур. Видят молнию. Гром слышат.
– Ха! Тут где-то бродит огоулграт. Поищем его. – И Джасбур заковылял вниз по склону на кривых ногах. Ордур зашагал за ним.
– Зачем? И откуда ты знаешь, что он там, куда ты идешь?
– А я и не знаю. Только он там. Сам увидишь.
Так ведь разумные люди пойдут не к огоулграту, а от него. Но раз Джасбур идет туда, так и Ордур должен будет пойти. Джасбур сейчас обошелся с ним очень нехорошо, но он же очень умный. Он сам так говорит, и, значит, это правда.
Вновь блеснула молния, заурчал гром, и посыпались дождевые капли с хорошую виноградину величиной.

Дункан Дэйв - Меченые Проклятием => читать книгу далее


Надеемся, что книга Меченые Проклятием автора Дункан Дэйв вам понравится!
Если это произойдет, то можете порекомендовать книгу Меченые Проклятием своим друзьям, проставив ссылку на страницу с произведением Дункан Дэйв - Меченые Проклятием.
Ключевые слова страницы: Меченые Проклятием; Дункан Дэйв, скачать, читать, книга и бесплатно
 peronda harmony цена отличный магазин, заказывайте тут 
 https://plitkaoboi.ru/plitka/fap-ceramiche/supernatural-81445-collection/ 

 https://www.vsanuzel.ru/katalog/dushevie-kabini/70x90/