Левое меню

Правое меню

  отличный сервис      https://legkopol.ru/catalog/rasprodazha/kovrolin/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

Ланч Лидия

Парадоксия: дневник хищницы


 

На этой странице сайта выложена бесплатная книга Парадоксия: дневник хищницы автора, которого зовут Ланч Лидия. На сайте alted.ru вы можете или скачать бесплатно книгу Парадоксия: дневник хищницы в форматах RTF, TXT, FB2 и EPUB, или же читать онлайн электронную книгу Ланч Лидия - Парадоксия: дневник хищницы, причем без регистрации и без СМС.

Размер архива с книгой Парадоксия: дневник хищницы равен 160.62 KB

Ланч Лидия - Парадоксия: дневник хищницы - скачать бесплатную электронную книгу




«Парадоксия: дневник хищницы»: Adaptec/T-ough Press; 2003
ISBN 5-98042-002-9
Оригинал: Lydia Lunch, “Paradoxia. A Predator's Diary”
Перевод: Татьяна Покидаева
Аннотация
«Парадоксия: дневник хищницы» Лидии Ланч — это откровение, признание женщины в своей ненасытной тяге к самовыражению, которое проходит через слово, художественный образ. Книга пронизана одержимостью, стремлением проникнуть в самую суть вещей, открыть некую истину и тут же, без колебаний, представить ее на всеобщее обозрение, невзирая на то, что эта истина безобразна и разрушительна. Потому что Лидия Ланч работает с тем, что она знает лучше всего. Ее материал — это она сама.
Лидия Ланч
Парадоксия: дневник хищницы
Предисловие Хьюберта Селби — младшего
В своем эпиграфе (посвящении/отречении) к этой книге Лидия Ланч говорит: «Я не изменяла имен, чтобы уберечь невиновных. Они все виноваты, блядь» , — и я поневоле задумался, раз виноваты мы все, не значит ли это, что не виноват никто? Я отнюдь не пытаюсь умничать: мысль напрашивается сама — при прочтении этой выдающейся книги. Те, кто привык к неистовым гневным тирадам и яростным выпадам Лидии в адрес нашего общества, где доминируют и правят мужчины, будут, я думаю, удивлены тому, как строго она соблюдает вышеупомянутый принцип.
Когда я начал читать эту книгу, я заранее прикрыл чресла, ожидая безжалостного нападения на весь пол мужской. Где-то на середине я потихоньку ослабил защиту, а, дочитав до конца, неожиданно понял, что только что прочитал очень хорошую книгу, а не язвительно-резкое обличение мужчин, пышущий ненавистью манифест. Вот первый абзац: «Искалеченная мужчинами — одним мужчиной, моим отцом, — я стала такой же, как они. Все, что я обожала в них, они презирали во мне. Беспощадность, жестокость, высокомерие, упрямство и равнодушие. Холодная и расчетливая натура, не восприимчивая ни к чему, кроме доводов собственного рассудка. Никогда не задумывалась о последствиях своего поведения. О своем безжалостном эгоизме, причинявшем боль ближним» . Вот — самое лучшее описание этой книги.
Книга очаровала меня с нескольких точек зрения. Во-первых, я прочитал ее с удовольствием, что мне обычно не свойственно — я не люблю автобиографические романы в жанре откровенных признаний. Основное, и самое важное, отличие этой книги от всех остальных в таком жанре — язык и стиль. Мисс Ланч не рыдает от жалости к себе и не занимается самобичеванием. Ее проза конкретная и простая, но при этом не пресная и не скучная. Книга захватила меня с первых же страниц и держала в напряжении до конца. Она мне действительно очень понравилась — прежде всего, из-за стиля и безупречного чувства равновесия, без впадения в крайности. В итоге, жертв нет, а стало быть, нет и преступников, что возвращает меня к моей первоначальной мысли… раз виноваты мы все, не значит ли это, что не виноват никто? Когда вы начнете читать эту книгу, вам придется столкнуться лицом к лицу с некоторыми аспектами собственной личности, которых вы остерегались исследовать и, может быть, были твердо намерены не замечать и в будущем. Если вам хватит смелости прочитать эту книгу с открытым умом и сердцем, может быть, вам хватит смелости заглянуть в себя чуточку глубже и чуточку вдумчивей, и тогда, может быть, и вы тоже задумаетесь: раз виноваты мы все, не значит ли это, что не виноват никто?
Хьюберт Селби — младший
Я не изменяла имен, чтобы уберечь невиновных. Они все виноваты, блядь.
1
Искалеченная мужчинами — одним мужчиной, моим отцом, — я стала такой же, как они. Все, что я обожала в них, они презирали во мне. Беспощадность, жестокость, высокомерие, упрямство и равнодушие. Холодная и расчетливая натура, не восприимчивая ни к чему, кроме доводов собственного рассудка. Никогда не задумывалась о последствиях своего поведения. О своем безжалостном эгоизме, причинявшем боль ближним.
Эгоистичная, зацикленная на себе — без угрызений совести. Животное, подчиненное только инстинкту. Движимое интуицией. Вечно в поисках очередного лакомого кусочка. Легкой жертвы, доверчивой и наивной. Моя цель — редко когда убивать и калечить. Чаще — удовлетворять. Себя. И если — ценой чьей-то гордости, самолюбия или даже жизни, пусть так. Мои намерения всегда честны. Для меня.
Дни, недели, месяцы, годы, растраченные на безымянные лица. Теряя себя в анонимности. Обоюдной — и их, и моей. Я буду придумывать разные персонажи и давать им имена, подходящие под настроение. Стела Дора, Лу Харрис, Шейла Ривз, Лурдес Вега, Люси Дельгадо. Буду рыскать по барам и клубам, книжным лавкам, травмпунктам и паркам. В поисках, где потерять себя — в потерянных людях. В поисках очага слабости. Зоны «наилучшего восприятия»… крошечного разрыва в ткани их психики, где можно чем-нибудь поживиться. Забраться внутрь. Спрятаться. В поисках места, где можно исчезнуть, воплотившись во множестве лиц, у которых у всех одна цель. Заморочить очередного самоуверенного козла, так что вся его защита — моральная, финансовая, физическая и духовная, — рухнет в один момент, и не важно, что будет потом. Я уже победила. Я взяла, что хотела. Будь то деньги, драматические переживания — или секс. Они всегда сами с готовностью отдают все самое важное. Сами. По доброй воле. А что они не отдают, я беру сама.
У меня всегда был мужской характер. Большинство мужиков не выдерживают поединка. И это приводит их в бешенство. Их переклинивает мгновенно. Они тут же бросаются в бой. Чтобы удержать главенствующее положение. Показать, кто тут царь, бог и господин. Но со мной такие номера не проходят. Со мной либо серия из двух коротких ударов, либо война не на жизнь, а на смерть. До победного конца. Единственное, чему меня научил отец — никогда не сдаваться. Никогда не отступать. Принимать вызов и действовать, как мужчина. И хотя мне их жалко как биологический вид, я по-прежнему с ними и по-прежнему против них. Этот аккумулятор эмоций, которым подзаряжается моя жизненная сила, действует как проводник для поднятия настроения.
Ленни вырос на ферме неподалеку от Китчнера, что в канадской провинции Онтарио. Ребенок в семье из одиннадцати детей. Их всех заставляли работать с зари до зари — ухаживать за домашней птицей. В четырнадцать лет он сбежал из дома, заколебался тяжелым ручным трудом и запахом куриного дерьма. Не выносил, когда им помыкают. Начал как-то крутиться. Добывать деньги. Не всегда честным путем. Шулерство. Пьяные драки по кабакам. К шестнадцати годам его уже не пускали ни в одно заведение в радиусе пятидесяти миль. Прикидывал, где еще можно чего урвать. Нацеливался на дела посерьезней. Пошел в армию — только ради привилегий. Продержался недолго — был уволен с лишением всех привилегий и прав. Начал мотаться туда-сюда по Северо-восточному коридору. Оттачивая свои криминальные навыки. Профессиональный мошенник. Жулик со склонностью к аферам по обналичиванию чеков. Одно время он подвизался коммивояжером. Кухонная утварь, щетки и кисти, моющие средства для влажной уборки. Библии. Когда ходишь вот так по домам, это дает легкий доступ к скучающим домохозяйкам в их одинокой тоске от вечной неудовлетворенности. Напоешь им чего-нибудь проникновенного. Навешаешь на уши лапши. Уведешь в спальню. На кухню. В ванную. Жарким рукам невтерпеж раздразнить неохотную плоть. Смакуешь их сопротивление. Их слабые протесты. Обращаешь все в вызов. Быстро им заправляешь, кончаешь и сразу уходишь. Пока они не поняли, что случилось. Пока до них не дошло, что их выебли. Наебали. Всегда возил с собой карту, испещренную красными крестиками. Кобель, помечающий свою территорию. Каждую трахал по разу. Никогда — дважды. Вредно для бизнеса. Никогда не знаешь, когда неожиданный муж вернется с работы пораньше.
Он работал по утрам. После обеда ходил на бега. Выигрывал и проигрывал попеременно. Таким образом, почти ничего не терял. Чего не мог возвернуть на скачках, с лихвой восполнял за карточным столом. В общем, карманные деньги были. Познакомился с Люси на «свидании вслепую», когда ее подружка Розали не смогла отпроситься с работы на выходные; она работала в павильоне в парке аттракционов, продавала бумажки с предсказаниями. Так вот я и получилась — в субботу вечером на заднем сидении раздолбанного «шевроле». Он был пьян, она заливалась слезами. Через полтора месяца они поженились. Я — дочь своего отца.
Я вдавила педаль газа в пол и впилилась на вишневом «мустанге» 67-го года прямо в сорокафутовую сосну под окнами у старушенции. Потрясение у нее на лице — это что-то с чем-то. Ее чуть удар не хватил. Эл схватился за руль. Буквально на пару секунд опоздал. Наорал на меня, чтобы я немедленно пересела. Надо сматываться отсюда, пока не приехали копы. Вытащил меня из-за руля. Дал задний ход, развернулся и погнал домой. Удивительно, как он еще поехал, этот старый драндулет. Эл вкатился в гараж. В паре кварталов оттуда. Вышел, сердито захлопнул дверцу. Даже смотреть на меня не мог. Он только-только забрал «мустанга» из мастерской. Вгрохал четыре штуки в починку двигателя. Три месяца с ним возились. Ручная покраска. Отделка салона. Зря он мне разрешил сесть за руль. Мне тогда только исполнилось тринадцать.
Я пообещала, что расплачусь с ним натурой. Он повернулся ко мне. Сказал, чтобы я шла домой. Он мне позвонит. Потом. Может быть. Я пожала плечами и тихо ушла. Знала, что он позвонит. Я его зацепила. Своей пизденкой.
Мы с ним сношались полгода. Соблазнила его на переднем крыльце дома священника за церковью Спасителя. Он пытался срезать дорогу на обратном пути из магазина автозапчастей. Я сидела — курила косяк. Позвала его. Я знала, кто он. К тому времени я уже перепахала половину района. Двое братьев из дома напротив. Их кузен. Бывший моряк на углу. Старик — хозяин музыкального магазина. Мальчик-кассир из районного супермаркета. Мальчик, который разносит пиццу. Его старший брат. Пара его друзей. Половина парней, с которыми я ездила стопом. Мелкий дилер, приторговывавший травой.
В надежде, что все они — кто-то один, кто угодно — сотрет липкую память о жарких руках отца. Он вечно их распускал, свои руки. Эти руки — они не умели лежать спокойно. Вечно пихались, толкались, щипались, дергали и трясли. Пачкали. Оскверняли. Руки, жившие собственной жизнью. Руки… так похожие на мои.
У меня был пример для подражания. На этом примере я научилась толкаться, пихаться локтями, обманывать, воровать, отнимать силой, без зазрения совести брать чужое, потворствовать всем своим прихотям и убеждать в чем угодно кого угодно. Ценные уроки, за которые я до сих пор благодарна. От Ленни я унаследовала способность говорить сладкие речи, пряча змеиный язычок, балансировать на тонкой грани между одержимостью и безумием, и получать все, чего я хочу. И когда я хочу. А там хоть трава не расти, как любил говорить Ленни. До того, как откинул копыта от сердечного приступа. Прах к праху. Призрак памяти, чей дух все еще не успокоился, живет и дышит во мне. Воплощается во мне. Мои руки, его дьявольская мастерская. Мое интимное место, его неутолимый голод. Голод из потустороннего мира, предшественник моей колыбели.
Автобус прибыл на автовокзал. Жгучий запах свежей мочи и застарелого пота ударил в лицо после девятичасовой ночной поездки. Я схватила свою крошечную сумочку, в которую уместились все мои земные богатства, и вытряхнула нафиг все предыдущие шестнадцать лет жизни. У меня в кармане было 82 доллара и телефон кузины моей подруги, которая жила на углу Бликер и МакДугал. Санни оказалась постаревшей вудстокской хипушкой. Приторговывала травой, чтобы платить за квартиру. Сказала, что я могу у нее пожить. Три дня. А потом — до свидания. Я ей мешала. Сбивала бизнес. Я была очень самонадеянной девочкой и решила, что за три дня точно что-нибудь придумаю. Да лучше уж ночевать в подземке в компании бомжей и метрошных кротов, чем задержаться хотя бы на день в этом гетто снобствующей голытьбы, упертых дебилов и тормозов, чьи представления о полноценной жизни не простираются дальше 3,2 ребенка, собаки, кошки, машины, всякого домашнего хлама и умеренной квартплаты. В общем, я быстро оттуда сбежала.
В тот вечер Санни подкинула мне идею наведаться в «Мамочки» — клуб, который давно закрыли, на 23-й стрит между 7-й и 8-й авеню. Прикольный такой кабак, где собирались пидоры, педики, местные шлюшки, рок-музыканты и несколько трансвеститов, еще сохранивших пристрастие к глэм-стилю. Все наливались пивом, водкой и бурбоном. Иногда кто-то пускал по кругу косяк, и запах травки чуть-чуть подслащал тошнотворную кислую вонь.
Я приметила цель. Женственный, длинноволосый, вероятно, из Джерси. Сначала мы выпили, и не раз, и я запустила руку ему в штаны, давая понять, что, если он пригласит меня к себе, я в долгу не останусь и отсосу ему так, что мой нежный девичий ротик аж задымиться. В общем, развесила клюквы. Я призналась ему, что сбежала из дома. Вырвалась из родительской тюрьмы. Это была моя первая ночь в городе. Я откровенно пыталась сняться. Он купился, кретин. И притащил меня к себе на 24-ю стрит.
Огромное помещение на первом этаже. Разделенное на несколько маленьких комнат. Еще четверо постояльцев. Хиппи и джазовые музыканты в свободном полете. Кити, дочь Ленни Брюса, только что съехала, так что освободилась маленькая импровизированная комнатушка, на антресолях, под самым потолком. Прямо напротив входной двери. Я знала, что заполучу ее через день-два. Пару ночей поеблась с тем придурком, который меня привел, сказала ему, что у меня началась менструация, и перебралась наверх. Все получилось. Я старалась по возможности не попадаться ему на глаза. Снискала расположение других жильцов — посредством обескуражившей смеси высокомерия, чувства юмора и всяких загадочных намеков.
Комнату подо мной занимала пара, поразительно смахивавшая на Джона и Йоко. Они выползали из своего логова раз в два-три дня, чтобы надыбать себе героина или — в порыве отчаяния, — метадона. Я получила от них самую ценную информацию, жизненно необходимую каждому, кто оказался в Нью-Йорке совсем один и без гроша в кармане. Телефон одного доктора в Бронксе, который бесплатно выписывает рецепты на амфетамин, перкодан и метаквалон. Джон и Йоко прямо-таки настояли, чтобы я договорилась о встрече и попыталась понравиться доброму доктору, если хочу превратить свои 43 доллара — все, что у меня осталось на тот момент, — в две сотни, а то и больше.
Я начала продавать «черных красоток» по три бакса за дозу в парке между 23-й и 25-й на Бродвее. Я могла двинуть всю партию за день-два, продавая продукт горстями — малолетним уличным джанки, которые наворовали или напопрошайничали достаточно денежки, чтобы кушать два раза в день и столько же раз вставляться. Раз в две-три недели я ездила в Бронкс, платила доктору, что с меня причиталось, и возвращалась в парк. Легкий способ надыбать денежку. На жизнь мне хватало. Вполне можно прожить на три-четыре доллара в день, если знаешь — как. Тем более, я до сих пор ничего не платила за угол на 24-й. Только иногда забегала к Джону и Йоко, чтобы поспать или принять душ. Незаметно так заявлялась и быстренько исчезала. Надеясь, что они тут же забудут, что я вообще там была.
С «Хилым Уиллом» мы познакомились в парке, когда я там вовсю торговала вразнос. Если «Полуночного ковбоя» создал Томми Ли Джонс, то тот, в свою очередь, породил Уилла. Весь какой-то потрепанный и измученный, но при этом такой обаятельный… Он принес мне кофе, улыбнулся слабой улыбкой и попросил дюжину «черных красоток». Он пригласил меня к себе в «Джордж Вашингтон Отель» на Лексингтон-авеню возле 23-й стрит. Грязная ночлежка — временное пристанище для местных проституток, всяких перекати-поле и безденежных странников, которых занесло в Нью-Йорк по мимолетной прихоти, на пути от разочарования к катастрофе. Уилл утверждал, что он здесь единственный постоянный жилец. По крайней мере, последние три недели.
Обшарпанное фойе, липкий грязный линолеум. Скрипучий лифт остановился не на том этаже. Он работал, когда хотел. Как и все здешние постояльцы. Все здание провоняло смертью и старостью, с сильной примесью дешевого одеколона и лизола. Пришлось подниматься по лестнице.

Ланч Лидия - Парадоксия: дневник хищницы => читать книгу далее


Надеемся, что книга Парадоксия: дневник хищницы автора Ланч Лидия вам понравится!
Если это произойдет, то можете порекомендовать книгу Парадоксия: дневник хищницы своим друзьям, проставив ссылку на страницу с произведением Ланч Лидия - Парадоксия: дневник хищницы.
Ключевые слова страницы: Парадоксия: дневник хищницы; Ланч Лидия, скачать, читать, книга и бесплатно
 панно из плитки в ванную отличный магазин, заказывайте тут      https://plitkaoboi.ru/plitka/nedorogaya/plitka-dlya-vannoi/ 

 https://www.vsanuzel.ru/katalog/dushevie-kabini/s-vannoj/